НЕФОР.ДНЕПР.КОМ: Днепропетровск, которого нет ни в одном путеводителе

27 червень 2011 о 21:05 - 15448

Я сижу на крыше
И кидаю камни
Прямо на прохожих,
Прямо на асфальт.
(с) рокерское народное

Города бывают разные… Старинные, овеянные легендами, навевающие ностальгические “сны-воспоминания”, индустриальные и амбициозные… Ещё есть города-герои. О них пишут книги, статьи в туристических путеводителях. А если представить, что кто-то отчаянный  решил составить путеводитель для неформала, эдакого оторванного существа лет от 15… и до старости в отдельных случаях. Итак, представляем вниманию всех, кому неинтересен официоз маршрут истинного контркультурщика по закоулкам Днепропетровска.

«Перемен, мы ждём перемен…»

Эта  и не только строчки написаны на культовом для днепропетровской молодёжи месте – стене Цоя.  Она негласно считается мемориалом и является местом встреч днепропетровских поклонников трагически погибшего лидера группы "Кино". Расположена стена недалеко от памятника Славы, что находится недалеко от памятника генералу Пушкину (в народе – Танк). «Стена появилась в 1990 году, о чем свидетельствуют первые надписи на ней. Не хочу хвастаться, но… это самая длинная стена Цоя на бывшем постсоветском пространстве — 180 метров. Надписи и записи появляются на ней каждый месяц, а вот граффити — только по праздникам: в день памяти Виктора Цоя», — рассказал мне один из старожилов днепропетровской  неформальной тусовки. В такие дни около стены собирается молодёжь, откуда-то появляются букеты цветов, лампадки с простыми свечами. Кто-то наливает сто грамм «горилки» или классических «трёх топоров» (портвейн «Три семёрки») и сверху стакана ложится  горбушка чёрного хлеба. На стене появляются новые записи: обращения к Виктору, цитаты из его творчества. Даже  самый  распоследний гопник не осквернит это место привычным словом из трёх букв – даже мёртвого уже двадцать лет как певца и поэта  уважают. В такие  вечера поются песни, написанные Цоем и его современниками. Многоголосый  хор исполняет свою рок-осанну. Летов, Янка, Чиж… Для сидящих на бордюре это не просто имена, клички и фамилии, а символ молодости и свободы. Эта стена законсервировала вокруг себя  дух коммунизма: тебе всегда нальют вина и угостят сигаретой. Если умеешь играть – предоставят гитару. Здесь нет имён и тем более фамилий: все обращаются  друг к другу по кличками или, на современный  манер, никам. Есть тут и неумело размалёванные девочки лет пятнадцати, и остепенившиеся, но решившие  «побунтовать» студенты последних курсов престижных вузов.  Последние  специально для «стеночных» тусовок берегут среди приличной  одежды старые джинсы со множеством дыр – результатом совместной  работы времени и модных тенденций, обвешанные цепями или нашивками.

Большинство предпочитает чёрные футболки или майки, косухи, тяжёлые браслеты или ошейники. Мелькают среди поющей-общающейся толпы иерокезы, пропитываются дымом иссиня-чёрные кудри готесс и готов, увешанных анкхам и запакованными в шёлк и кружева. Но несмотря на поклонение эстетике и высокой культуре, декадансовски настроенные бледные готессы не побрезгуют спеть и выпить с колоритной  толпой. Эта музыка будет вечной. Это место объединяет представителей  самых разных направлений  культуры: рокеров, готов, панков вот уже  двадцать лет подряд. И перемен не предвидится…

В гостях у «Чёрного кота»

-Встретимся  у  «Молодого Тараса»

-Где?

-Ну, на «Чёрном коте», который  возле выпиленного круга…

Из разговора

Два года назад в центре Днепропетровска было небольшое  казино «Чёрный  кот». Сейчас на его месте открылся клуб «Папа Protif». Но площадку возле него до сих пор называют «Чёрным котом» неформалы и не только. Там действуют свои законы. Сидя на давно неработающем фонтане можно услышать десятки историй. Это могут быть пьяные базары или напротив, несвойственная столь неподходящему месту философия. Тут не напиваются. Тут общаются. Это место, где  не важны чины и записи в трудовой книжке. Байкерша Киса, изрисованная татуировками, оказывается следователем из Севастополя, а молодой, элегантно одетый  юрист – наркоманом. Он, не стесняясь, раскуривает нечто, весьма отдалённо напоминающее табак. Но это скорее исключения. Как правило, все, кто обитает или забегает в гости к чёрному мурлыке, знает большинство вольнотусующихся. Поколения  сменяются… И вот уже бывшие  активные тусовщики забегают попить пива с приятелями, которым представляют свою жену, детей. Они уже  не те молодые люди с булавками на джинсах. Скорее всего, они менеджеры  низшего звена или рабочие  на малоперспективных предприятиях. Но здесь все равны. А «оцивиленные» путники просто хотят вернуться в молодость… Мяу, не так  ли?

Против. И не только папа

В Днепропетровске почти не осталось места для старого доброго неформалья. Почило в бозе известное не одному поколению нефоров «Рок-кафе», та же судьба постигла «Альт-кафе» и «Демократию». Куда податься, если душе не хочется слушать «чумачечую весну», которая стала уже медиавирусом. Душа хочет рока, металла, панка?.. «На каждое «хочу» есть своё «обойдёшься»», — говаривал мой дядя. И, как ни странно, этот принцип сработал и сейчас. Это я всё о том же клубе «Папа Protif». В завершение своего неформал-обзора расскажу о своём походе на индастриал-вечеринку. Мы с коллегой слегка припозднились (виной всему было пиво, ага). А дальше меня постигло огорчение: индастриала я услышала чуть менее, чем нисколько. Самыми «индастриальными» оказались симпатичные ножки юной киберготки, заточённые в сапоги на чудовищной платформе». И ВСЁ. Далее — попытки то ли рока, то ли репа. Иногда — с матами. Прелестно. Я обиделась и упетляла домой в начале одиннадцатого. Я понимаю, что билет стоил 25 гривен. Но это далеко не повод называть что ни попадя индастриалом…

Nine Inch Nails смотрят на такие вечеринки как на нарушение субординации

Поділитися: