Киотский протокол – прогрессивный шагили декларация о намерениях?

13 лютого 2007 о 09:02 - 935

Олена ГарагуцОлена Гарагуц


Продолжая такую волнующую тему как глобальные климатические изменения, нельзя обойти стороной вопрос Киотского протокола. Ведь, по сути, это самый крупномасштабный международный договор по экологической проблематике.

11 декабря 1997 года в г. Киото полторы сотни государств подписали протокол, согласно которому выбросы газов, способствующие парниковому эффекту, должны быть снижены минимум на 5% в период с 2008 по 2012 годы, по сравнению с уровнем выбросов, который зафиксирован в 1990 году. В Киотском протоколе, помимо СО2, под парниковыми газами назван и ряд других веществ: метан, закись азота, гидро­фтор­углероды, перфторуглероды, гексафторид серы.

Многие экологи изначально критиковали и по нынешний день критикуют этот документ. И не безосновательно. Слишком уж незначительной является цифра по снижению вредных выбросов. При нынешних экологических угрозах это капля в море, которая практически никак не может повлиять на ситуацию. Но наиболее скандальной и циничной является та часть договора, которая позволяет торговать квотами на выбросы. Читатель, наверное, уже не раз слышал о квотах на выбросы, но, наверное, не все полностью понимают, о чём идёт речь.

Так вот, договором предусмотрено определённое количество вредных выбросов, которые то или иное государство имеет право осуществить. Если государство выбрасывает меньше установленной квоты, то излишек «недовыброшенных» газов оно может продать той стране, у которой выбросы превышают установленную квоту. Допустим, какое-то государство имеет квоту в 200 млн. тонн, а выбрасывает в атмосферу 220 млн. Тогда этой стране необходимо где-то купить разрешение на выброс лишних 20 млн. тонн. Например, Украина имеет право на выброс около 150 млн. тонн в год, но такого уровня, к счастью, мы не достигли. И если наша страна выбросила, например, 130 млн. тонн, то она может продать 20 млн. тонн «недовыброшенных» газов той стране, которая в этом нуждается.

Таким образом, изначально уничтожается возможность снизить выбросы в глобальном масштабе более, чем на 5%. Ведь если какому-то государству и удаётся снизить загрязнение на больший процент, то вместо того, чтобы тихо радоваться этому, оно поспешит на биржу продавать свои излишки.

В основном торгуют квотами страны третьего мира и новой демократии. Основными же покупателями являются наиболее развитые промышленные страны. Можно сказать, что на психологическом уровне происходит глобальная подмена понятий. Так как торговля квотами провоцирует игнорирование усовершенствования производства в сторону большей экологичности. Получается, что бедные государства могут забыть о техническом переоснащении предприятий и транспорта, так как установленные ограничения на выбросы слишком маленькие и до установленного уровня выбросов эти страны могут вообще не дотянуть. С другой стороны, богатым странам проще купить квоты на выбросы, чем, опять таки, заботиться об экологичности своих производств. Правда, стоимость квот постоянно растёт. В настоящее время 1 условная тонна «недовыброшенных» газов оценивается более чем в 11,5 долларов. Хотя богатые страны это пока мало пугает. Их уровень экономической мощи позволяет не особо беспокоиться о расценках на квоты. Одним словом, торговля квотами который раз подтверждает мысль о том, что, несмотря на глобальную угрозу, люди так и не научились мыслить никакими другими категориями, кроме экономических.

У Киотского протокола есть ещё одна проблема, которая касается стран третьего мира и им подобных. Это вопрос учёта выбросов. И сложность этого состоит в том, что основным источником загрязнения атмосферы является транспорт. Если выбросы предприятий хоть как-то контролируются экологическими службами и даже попадают под международный мониторинг, то проконтролировать выбросы тех же автомобилей очень сложно. Если где-нибудь в Германии или Швеции хозяин автомобиля вынужден следить за тем, чтобы выхлопные газы его машины соответствовали определённым нормам, то, например, в нашей стране об этом мало кто задумывается, а государственные органы этот показатель практически не контролируют. Но если как-то и пытаются это делать, то достаточно вспомнить, как у нас проходят техосмотры. Поэтому подбивать статистику в таких странах по автомобильным выбросам можно очень приблизительно. А ведь на транспорт приходится более 60% всех выбросов в атмосферу, в то время как на промышленность и теплоэнергетику – не более 20%.

Несмотря на все вышеуказанные недостатки, Киотский протокол не ратифицировали три крупнейших загрязнителя. Ну, с США и «озабоченностью» их нынешнего президента экологией и так всё ясно. Достаточно вспомнить его «рациональное» предложение увеличить вырубку американских лесов, чтобы сократить количество лесных пожаров. Действительно, чего церемониться. Нет лесов – нет и пожаров. Но в числе отказников также Китай и Индия. Вот вам и разрекламированная восточная мудрость и пресловутая восточная приверженность гармонии с природой. Похоже, что вся современная гармония с природой в восточной натурфилософии сводится лишь к торговле эзотерическим барахлом и навязыванием различных «фен-шуев».

Конечно, Киотский протокол не просто далёк от совершенства. Для решения глобальных экологических проблем он вообще не годится, потому что мало отражает суть происходящих климатических изменений, так как касается только  выбросов, в то время как первоочередной проблемой является сокращение и гибель диких экосистем. Нет, нельзя сказать, что проблема загрязнения атмосферы не важна. Все природоохранные вопросы взаимосвязаны и имеют чрезвычайно большое значение. Ведь та же высокая токсичность выбросов угнетает и дикую природу. Но поверьте, если бы страны мира договорились увеличить на 5% площадь лесов, по сравнению с 1990 годом, то от этого пользы было бы гораздо больше, чем от сокращения на 5% выбросов. В то же время, Киотский протокол имеет огромное международное значение как индикатор того, готово ли человечество пожертвовать хоть немного своими экономическими интересами в пользу по-настоящему жизненно важных ценностей. Именно в этом его принципиальная важность. К сожалению, этот маленький тест показал, что далеко не все готовы объединяться,
чтобы решать глобальные проблемы.

Когда истечёт срок действия Киотского протокола, должен быть разработан новый подобный документ. Но каков будет его смысл, если ряд стран до сих пор игнорируют Киотский протокол и не собираются ничего подобного выполнять, ставя под угрозу все старания тех, кто пытается хоть как-то повлиять на стабилизацию экологической обстановки? Именно такие страны заслуживают звания «стран-изгоев» и должны быть подвергнуты не бесполезной критике, а конкретным санкциям. Причём эти санкции каждый сознательный человек может объявить хоть завтра: достаточно не покупать товары, произведённые предприятиями этих стран.

Природа с каждым годом преподносит нам всё новые и новые неприятные сюрпризы. Люди же в это время всё ракетами балуются, ресурсики делят, в войнушку «играют», денежки заколачивают, сериалы кушают. Складывается впечатление, что человечество в целом и некоторые страны в частности ждут, пока в одно место клюнет жареный петух. Видно, разгром Нового Орлеана, всё увеличивающиеся наводнения и ураганы в Юго-Восточной Азии, да и не только там, являются для некоторых политиков малоубедительными доводами того, что нами наломано слишком много дров. Как там говаривал мистер Буш: «Учёные не привели достаточных доказательств того, что повышенная концентрация парниковых газов является одной из основных причин глобальных климатических изменений. Поэтому мы не видим смысла подписывать Киотский протокол». Что ж, из этого можно сделать вывод о том, что остаётся только ждать, когда сама природа приведёт эти доказательства и покажет нам, как говаривал другой известный политик, «кузькину мать». Уж тогда-то нам мало не покажется.                      

Алексей Бурковский

Підписуйтесь на наш телеграмм

Поділитися: