Земля, которую мы теряем

04 жовтня 2006 о 12:34 - 1140

Олена ГарагуцОлена Гарагуц


Чернозёмы по праву считаются одними из самых плодородных земель в мире. Но подобное убеждение часто приводит к искажённому восприятию черноземов как бездонного, неисчерпаемого ресурса. Каковы же основные причины ухудшения экологического состояния нашего главного богатства земли?

Уникальность черноземов обусловлена рядом климатических и геологических факторов, которые и привели к образованию такого уникального явления. Материнской породой для образования чернозёмов стали лёссы и лёссовидные суглинки. Благодаря гармоничному соотношению в них песчаной и глиняной фракций и наличию кальция, они обладают превосходными качествами для поддержания определённого водно-воздушного баланса. Второй важной составляющей является климат. Климат нашей степной зоны характеризуется некоторым недостатком влаги при обилии тепла и света. В результате этого огромная масса растительных остатков после каждого теплого сезона в течение тысячелетий не успевала полностью перегнивать и накапливалась в виде определённых веществ, которые и называют гумусом. Постепенно разлагаясь, эти вещества представляют собой превосходное минеральное питание для растений. Следовательно, будь у нас побольше влаги, то не происходило бы накопление органики – она вся бы разлагалась, а будь её поменьше – растения не смогли бы так буйно расти и оставлять после себя достаточного количества органических остатков. Всё это и стало залогом природного успеха по созданию чернозёмов. Кстати, именно поэтому такая глупость, как выжигание сухого травостоя, не даёт нормально образовываться гумусовому горизонту почвы.

Что же мы имеем в наше время? Практически все чернозёмы нашей страны распаханы и подвергаются постоянному антропогенному воздействию. Одной из основ рационального использования земель является равноценный баланс вноса-выноса элементов почвенного питания. Когда растение развивается, то использует для построения своего тела элементы, которые берёт из почвы. В дикой природе проблемы баланса нет – после отмирания растений или поедания их организмами вынесенные из почвы вещества возвращаются в землю в виде растительных остатков или продуктов жизнедеятельности животных, где под воздействием почвенной микрофлоры они снова превращаются в элементы минерального питания. В земледелии же всё обстоит иначе. Вывезенный с поля урожай представляет собой так же вывезенные с поля минеральные элементы почвы. Если этот вывоз повторяется из года в год, а возврата элементов в почву не наблюдается, то почва истощается.

В начале XX века процент гумуса в почве лесостепной зоны Украины, по данным Докучаева, составлял около 9%. Всего за сто лет этот показатель упал до 3-3,5%! Мы всегда вносили удобрений в несколько раз меньше, чем в развитых странах. Поэтому не стоит удивляться тому, что, обладая более плодородными землями, получаем значительно меньшие урожаи, чем в Европе. Пока наше сельское хозяйство держится именно благодаря высокому потенциалу наших земель. Но этот потенциал, извините за выражение, не резиновый. Поэтому сколько внёс удобрений европейский фермер, столько он урожая и получил, а у нас сколько удалось выжать из земли – столько и забрали. Даже при дешевизне горюче-смазочных материалов в советские времена внесение органических удобрений было нерентабельным. Но подобные действия были необходимы с точки зрения охраны земель, и поэтому хотя бы раз в 10 лет 30-40 тонн органики на гектар вносилось. Сейчас у нас минеральные удобрения вносятся в очень небольших количествах, а об органических речь вообще не идёт. С середины 90-х начался рэкет не только в бизнесе, но и в землепользовании. Так, некоторые дельцы в погоне за быстрой прибылью брали в аренду землю и пару-тройку лет подряд выращивали на ней подсолнечник, фактически выбивая из земли деньги и лишая её «агрономического здоровья», так как эта культура очень истощает почву.

Несмотря на кажущийся рациональным подход к землепользованию в советские времена, именно в тот период было наломано немало дров. В первую очередь это касалось самой структуры землепользования, сохранившейся до сих пор. Во-первых, распахав практически всё, что можно было распахать, и даже то, что распахивать было нельзя, мы лишили себя резервов по-настоящему плодородных земель. Во-вторых, распаханные земли всегда подвержены эрозии, какие бы мероприятия для её предотвращения ни применялись. Следовательно, приходим к выводу, что эрозии у нас подвержены все пахотные земли. Например, в странах ЕС фермер обязан консервировать определённый процент своих собственных земель и не использовать их в земледелии, иначе включается очень жёсткий механизм налогообложения. У нас же по сей день часто приходится слушать нытьё как простых граждан, так и опытных аграриев о том, какая беда, что «много земель заброшено». Плохо только то, что они «заброшены» хаотически, т.к. делать это нужно, только рационально. Нужно систематически выводить определённую часть земель из оборота землепользования, давать земле отдохнуть, а потом через несколько лет использовать её снова, выводя при этом из землепользования другую порцию земель. Склоновые же земли подлежат консервированию безоговорочно, иначе эрозия уничтожит и те 3% гумуса, которые остались.

Касательно вопроса урожайности, следует отметить ещё один момент. Наша зона относится к территориям с недостаточным количеством осадков, и этот фактор часто оказывается решающим. Ходит байка, что якобы лет 10 назад приехал в Синельниковский район немец, чтобы взять в аренду землицы. Он был восхищён высокими агрохимическими показателями чернозёма, но когда он запросил сводку о годовом количестве осадков, то цифра около 500 мм осадков в год его разочаровала настолько, что он развернулся и уехал. В настоящее время система орошения в Украине полностью разрушена, порезана на металлолом и продана. А ведь орошаемое земледелие – это залог стабильной и высокой урожайности, которую действительно можно планировать. Лишив себя орошаемого земледелия, мы стали полностью зависимы от капризов природы, на которые потом очень легко списывать промахи в аграрном производстве.

С приближением настоящей частной собственности на землю вопросы правильной эксплуатации и экологии земель будут становиться всё острее и острее. А контролировать этот процесс будет всё сложнее и сложнее. И государство не должно делать из частной собственности на землю священной коровы. Ведь понятие собственности условно и придумано людьми, так как люди берут у природы всё, что им вздумается, и объявляют это своим, не считаясь с мнением самой природы. Поэтому государство обязано разработать механизмы, будь то сфера налогообложения или система штрафов, которые бы не давали новым владельцам чернозёмов поступать с ними по принципу: «После меня хоть потоп».

Алексей Бурковский

Підписуйтесь на наш телеграмм

Поділитися: