«Есть у нас ещё принципиальные судьи…» –2

21 жовтня 2005 о 08:53 - 1214

(в порядке комментария к статье Игоря Владимирова «Сколько стоит память о павших? В долларах, естественно…» в «ЛИЦАх» за 26.08.05г.)

В противостоянии с самодурством предыдущего режима по вопросам свободы слова журналисты выбороли, в частности, статью 47-1 Закона «Об информации»:

«Никто не может быть привлечен к ответственности за высказывание оценочных суждений. Оценочными суждениями, за исключением оскорбления либо клеветы, являются высказывания, не содержащие фактических данных, в частности критика, оценка действий, а также высказывания, которые не могут быть истолкованы как содержащие фактические данные, учитывая характер языковых средств, в частности употребление гипербол, аллегорий, сатиры. Оценочные суждения не подлежат опровержению и доказыванию их правдивости…».

Этот критерий широко используется и Европейским Судом по правам человека при защите прав журналистов на профессиональную деятельность от вмешательства в нее государства.

Но он, как правило, указывает и на то, что основания для спорных оценочных суждений давали журналисту факты. Этим Евросуд, видимо, предупреждает о том, что оценочные суждения не «безразмерны», что они не могут выходить за определенные рамки достоверности и т.п.

При этом Евросуд учитывает степень общественного интереса к освещаемому вопросу и критически относится к злонамеренным целям публикации и необоснованному посягательству на чью-либо репутацию или на авторитет и беспристрастность правосудия.

Попытаемся с этих позиций рассмотреть приведенные в указанной статье претензии к судье А.А.Антонюку, например:

«А Каспер попросил суд признать за ним исключительное право нарушать закон. Как это ни удивительно, но Жовтневый суд города Днепропетровска иск принял и даже рассмотрел».

Речь о судье А.А.Антонюке, поскольку другие судьи этого суда в статье не упомянуты. И если гиперболу (чрезмерное преувеличение) о просьбе «Каспера», представленную как действительный факт, можно признать допустимой, то «иск» на момент публикации «рассмотрен» не был, поскольку «рассмотрение» предполагает постановление решения, а его нет и по сегодняшний день. А то, что иск был «принят», – это не «судейско-административный произвол», а одно из редких завоеваний украинской демократии, установившей для суда обязанность принимать иски по всем правоотношениям. Таким образом, удивление законными действиями судьи само способно вызвать только недоумение.

Следующий выпад:

«Такие мелочи уважаемого судью (А.А.Антонюка) не заинтересовали, и он официальным Определением суда от 28.07.2005г. от имени Государства и Закона – ВЫПОЛНИЛ ВСЕ ПРОСЬБЫ КАСПЕРА !!!»

Под «такими мелочами» автор статьи понимает вопросы к «Касперу» по существу дела, например: «Где разрешение на строительство?» и т.п. Попробуем разобраться по порядку.

Доказательств тому, что «такие мелочи» судью «не заинтересовали», редакции не представили и не могли представить, поскольку интерес, по-моему, категория психологическая: на лбу написанным он не бывает. Также и «ВСЕ ПРОСЬБЫ» судья объективно выполнить не смог бы даже для близкого родственника, поскольку дело еще не рассмотрено по существу (т.е., кстати, и возможность ставить вопросы еще не утрачена).

Конфуз усматривается и в пафосе утверждения «определением Суда… от имени Государства и Закона». В самом определении указано, что оно постановлено судьей, а не судом. А ч. 2 ст. 7 ГПК указывает: «Судья при единоличном рассмотрении дела действует от имени суда», а не Государства или Закона. Как говорится, «не надо маленьких обманывать!».

А действительно удивляет то, что в статье даже не упомянуты правовые (а не «революционные») контрдействия ответчиков.

Истец «Каспер» действовал (нравится это кому-то или нет) в пределах правового поля. Он обратился в суд с иском, чем получил возможность требования обеспечения этого иска (есть такая форма защиты прав граждан) и подал об этом заявление. И судья, получив его, не имел права не постановить определение по этому заявлению, поскольку это действительно было бы судопроизволом (но это определение не является решением дела по существу).

Ввиду ограниченности газетных площадей укажу лишь схематически, какие возможности правовой защиты предлагал (и предлагает) ответчикам закон – ГПК Украины – вместо того, чтобы измышлять претензии к судье.

После получения иска «Каспера» следовало подать встречный иск (кстати, эта возможность и сейчас еще не утрачена) и на его основании – заявление об обеспечении иска: запрете продолжения строительства. Но, поскольку ответчики оказались менее поворотливыми, чем «Каспер», то у них была еще возможность обжаловать упомянутое определение в апелляционном порядке.

Но из статьи следует, что еще и «городской совет… подал иск о прекращении незаконного строительства». Вот ему и надлежало также заявить в порядке обеспечения иска о запрете продолжения строительства. Если это не было сделано, то промежуточный успех «Каспера» – это вина горсовета, а не судьи. А ответчикам по иску «Каспера», узнав об иске горсовета, следовало незамедлительно подать суду заявление об объединении этих дел. Убежден, что судье без указанных действий ответчиков (т.е. без использования ими своих прав) будет достаточно сложно всесторонне и полно рассмотреть дело.

И совершенно непонятна цель, с которой в статье упомянуто представление Высшего совета юстиции (ВСЮ), которым ВСЮ:

«уже утверждал представление об увольнении А.А. Антонюка с занимаемой судебной должности … за такие вот специфические решения с непристойным запахом».

В действительности, именно указанное представление ВСЮ выходит за пределы и закона, и юридического приличия. С любезного согласия Александра Андреевича Антонюка, редакция ознакомилась и с представлением ВСЮ, и с материалами последующих событий. И обнаружилось следующее.

Часть претензий представления ВСЮ относится к стремлению судьи обеспечить людям судебную защиту в условиях противоречивого законодательства (сравните ст.121-2 ХПК Украины и ст. 248-20 ГПК). Нерадивые судьи нередко используют подобные разночтения в Законах для «отфутболивания» людей из одного суда в другой. А судья А.А.Антонюк оказался не относящимся к их числу.

Еще одну часть претензий даже представитель ВСЮ признал в суде такими, которые «нельзя считать нарушением присяги».

Так есть ли в этом повод для злопыхательства?

В то же время, само представление ВСЮ принято с прямыми нарушениями прав судьи: в его отсутствие, без извещения его о месте и времени заседания и без вызова на него, без учета его пребывания в это время на лечении в больнице и т.п., чем он был лишен права дать пояснения по предъявленным ему претензиям.

По этим основаниям Шевченковский райсуд Киева по жалобе А.А.Антонюка признал решение ВСЮ о внесении представления о его увольнении неправомерным и обязал ВСЮ рассмотреть вопрос повторно, но с соблюдением требований закона. Правда, по жалобе ВСЮ апелляционный суд Киева своим решением отменил решение Шевченковского райсуда, но Верховный Суд Украины, в свою очередь, отменил решение апелляционного суда и вернул дело ему для повторного рассмотрения.

Таким образом, на момент обсуждаемой публикации официально действующим актом являлось не представление ВСЮ, а не вступившее в законную силу решение Шевченковского райсуда о его неправомерности. А это означает, что вопрос о «непристойном запахе» скорее следует отнести к публикации, чем к судье.

К сожалению, такого же пошиба в статье и остальные неуместные намеки, аллегории (иносказания) и обобщения, относящиеся к судье А.А.Антонюку. И поэтому вряд ли такая статья представляет какой-либо конструктивный интерес для общественности. Зато в ней достаточно признаков необоснованной дискредитации судьи и попытки незаконно повлиять на него при рассмотрении дела (чего ст. 126 Конституции Украины не допускает) по иску «Каспера».

Поэтому надеюсь, что и у Русской общины, и у автора статьи достанет благородства признать свою несправедливость по отношению к судье А.А.Антонюку и, например, принести извинения и ему, и газете, и читателям. Чтобы без ненужных осложнений продолжать благородное дело защиты цивилизации, но цивилизованными же методами.

Поділитися: