Создается подразделение русских, которые будут воевать на стороне Украины.
Отправляясь на интервью с русским добровольцем, формирующим роту россиян «Руян», считающих своим долгом с оружием в руках помочь Украине отстоять свою независимость и территориальную целостность, я не знал, что ранее видел его в одном из украинских батальонов территориальной обороны. Причем, всего лишь несколько недель назад. И при не очень приятных для обоих обстоятельствах.
В день, когда мировые лидеры в Минске опять решали, как остановить бойню на Донбассе, Антон стоял перед строем обучающихся добровольцев под шквалом матюков инструктора: «Украинцы! Русский жрет вашу кашу!» Об истинных причинах внезапного бешенства командира я не знаю, никто, понятно, не рассказывал. По обрывкам фраз понял, что вроде бы совсем несправедливы к парню. Помнится, еще ухмыльнулся про себя: «Да, тяжело сейчас быть русским в Украине. Ясно, украинцам есть за что не любить россиян. Но этот-то явно не кремлевец, не путинец». Но не сломался парень. Не обижается. Припомнили этот случай, отшутился. Сидит, кофе пьет. Тельняшка из-под кофты выглядывает. Служил и во флоте на Дальнем Востоке, и срочку, и контрактником. Сниматься с открытым лицом отказывается. Богатая биография. Большие планы. С Украиной связаны.
«В Украину я приехал в декабре месяце. Пришлось бежать из России по политическим мотивам, – рассказывает Антон. – 20 декабря был на большой пресс-конференции, где познакомился с частью российской оппозиции. В беседе с ними высказал идею создания русского подразделения для участия в АТО на стороне Украины. Нашлись люди, изъявившие желание оказать в этом помощь. Пригласили в один из добровольческих батальонов, при котором планировали создать русскую роту.
27 декабря прошло соответствующее совещание с начштаба батальона, где оговорили все “от” и “до”. Этим я на базе этого батальона и занимался. Однако сейчас, к сожалению, наши дороги стали расходиться. Мы стали украинцам невыгодны, они приняли несколько иное, чем договаривались, направление, вследствие чего держать на своем балансе граждан России у них заинтересованность пропала. Вот приходится искать что-то новое».
– На какой стадии сейчас создание вашей роты?
– В настоящий момент у меня несколько десятков заявок.
– Это те, кто уже находится в Украине?
– Нет. В Украине сейчас пять человек. Остальные собираются приехать, когда мы решим организационные вопросы. Как только у нас появится новая база. Я сейчас решаю вопрос, к какому батальону примкнуть. Сегодня после встречи с вами у меня как раз запланированы беседы по этому поводу с заинтересованными людьми. Есть несколько вариантов.
– Есть ли вам разница, под каким министерством числиться?
– Желательно, конечно, быть структурой МВД. Это удобнее. Приезжающие люди хотят чего-то официального, а, насколько мне известно, согласно украинского законодательства, в МВД можно оформлять граждан РФ хотя бы какими-то внештатными сотрудниками.
– Что за политические мотивы, по которым ты вынужден был уехать с родины?
– Вообще я русский националист по убеждениям. Когда начались во время Майдана столкновения на улице Грушевского, я стал очень активно распространять правдивую информацию о вашей революции. В частности, «расшаривал» ее по соцсетям и среди своих людей. Сам проникся необычайно, став абсолютным сторонником Украины. Вследствие чего на меня завели уголовное дело. К сожалению, я не могу назвать конкретно место моего прежнего жительства. Уточню только, что мной занимался Центр по противодействию экстремизму. Шили ч. 1 ст. 282 УК РФ (экстремизм). Думаю, что пока меня там не было, уже приплюсовали и «создание экстремистского сообщества». До Украины я также руководил ячейкой одной из националистических организаций, одной из крупнейших в России.
– Позволь узнать, о какой трактовке национализма мы говорим?
– Я придерживаюсь панславянских взглядов. На родине добивался того, чтобы в России была именно русская нормальная власть, считая, что в РФ русские – самый угнетаемый, бесправный народ.
– Что собственно тебя как русского националиста не устраивает в ситуации с Украиной? Многие русские националисты, как известно, считают, что в Украине США воюют с Россией.
– Ну, про меня на родине тоже уже некоторые рассказывают, что я тут воюю за американские деньги. Говорят, что брат идет на брата. Славянин на славянина. Но вы, случись что, убьете бандита? Вот и я собираюсь убивать не братьев, не славян, а бандитов. Бандит – мне не брат, а те, кто на той стороне – просто урки для меня, не более того.
– У твоих оппонентов, называющих себя так же, как и ты, убеждение, что они выступают против антирусской власти, против русофобов. За что собираешься воевать ты?
– Начнем сначала. Когда у вас произошла революция, я был очень рад за братский украинский народ. Я увидел, что у вас настоящее свободное общество, которое смогло добиться своего. Добиться того, чего в своей стране не могут настоящие русские люди уже много лет. Сколько пытались скинуть того Путина… Не выходит. И когда часть оппозиции, которая называла себя националистами, стала тоже кричать про бандеровцев в Украине… Практически мифических. Я тут сколько нахожусь, столько не могу здесь встретить такого бандеровца, каким его представляет себе российское население. Мне стало мерзко от всего этого. Теперь моя первоочередная задача – помочь братскому украинскому народу. Беда к вам пришла из моего дома. Это мои ватники, которых я там у себя не усмирил. Чувствую себя вам обязанным.
– У тебя есть знакомые, которые воюют на той стороне?
– Есть. Этот человек был моим близким другом. Воевал в Чечне. С января он там. Пытался его отговаривать, звал сюда, обещал все показать, объяснить. Но бесполезно, лечению не поддается. «Возьмем Киев, затем Сербию, потом оттуда пойдем на Москву…»
– Добровольцем ушел или через военкомат?
– Добровольцем через РНЕ. Баркашов (Александр Баркашов, основатель и руководитель движения «Русское национальное единство» – РНЕ, – ред.) нынче снова, вроде, при спецслужбах. Возродил организацию, сменил коловрат на православный крест и сейчас активно занят набором добровольцев. Убивать славян за некое непонятное русское единство.
– Почему твое формирование называется «Руян»?
– Это остров такой, другое название – Рюген. В Балтийском море. Наверное, слышали у Пушкина: «Мимо острова Буяна, в царство славное Салтана»? Мифический остров, сакральный центр славян. Там еще храм был, который крестоносцы сожгли.
– Что дало тебе нахождение в украинском батальоне?
– Честно говоря, немного, поскольку я до этого четыре года занимался военной подготовкой в России. Меня обучали российские разведчики и омоновцы. Чему? Действиям разведгрупп. В лесу на открытой местности. Штурм зданий. Удержание, оборона зданий. И вообще действиям в городских условиях.
– То есть, ты собираешься, когда приедут люди, сам заниматься их подготовкой?
– Да. Кстати, вместе с человеком, который обучал меня. Я-то пока не воевал, а он Чечню прошел.
Вадим Довнар