Что сказал покойник

05 серпня 2004 о 07:29 - 1606

Раскрытие самых тяжких и резонансных преступлений, убийств, вне зависимости от профессионализма следователей и оперативных работников, напрямую связано с заключениями криминалистов и судебно-медицинских экспертов. Если бы не квалифицированные действия киевских судмедэкспертов, вряд ли бы стали достоянием общественности истинные причины гибели в СИЗО Игоря Гончарова. Список можно продолжить.

Кроме того, присутствие судмедэкспертов на все 100 процентов обязательно для осмотра тела на месте его смерти. В минувшую субботу корреспондент «ЛИЦ» временно стал членом дежурной бригады днепропетровского областного бюро судебно-медицинской экспертизы.

Справка

В структуру Днепропетровского бюро судмедэкспертиз (СМЭ) входят 15 районных и межрайонных отделений.

Штатный состав 387 человек, из которых 129 судмедэкспертов. В бюро имеется пять отделов: освидетельствования потерпевших, обвиняемых и др.лиц; дежурных судмедэкспертов; по исследованию трупов, комиссионных судебно-медицинских экспертиз; медико-криминалистический. Кроме того, есть отделения, где проводятся иммунологические, токсикологические, цитологические и гистологические экспертизы.

В районных и межрайонных отделениях бюро проводятся освидетельствование потерпевших и исследование трупов с признаками насильственной смерти или подозрениями на таковую.

Средняя заработная плата составляет 400-500 гривен.

По организационной работе, оснащению и другим показателям днепропетровское областное бюро СМЭ признано одним из лучших в Украине.

Совсем другое кино

Многочисленные криминальные сериалы не обошли своим вниманием работу судмедэкспертов. В них доки-криминалисты, едва взглянув или слегка тронув труп рукой, уже делают вполне авторитетные выводы. На деле эксперт-врач, осмотрев и изучив всё тело целиком, диктует следователю своё первоначальное, подчеркиваю, мнение. Окончательную причину и время смерти покажет только вскрытие и проделанные необходимые экспертизы.

11часов 02 минуты. На пейджер дежурного судмедэксперта Александра Комолова из дежурной части городского управления МВД приходит вызов: обнаружен труп во дворе частного дома. Спустя 28 минут мы на месте. Следственно-оперативной группы еще нет. Спустя 15 минут приезжает микроавтобус с милицией и помощником районного прокурора. Задержка существенная, если учесть уведомление о ЧП родственниками умершего 27-летнего Олега местного РОВД еще в восемь утра.

По словам вдовы, ее муж болел хроническими гепатитом и панкреатитом. Последние три месяца он без выходных по 12 часов ежедневно «вкалывал» крановщиком на реконструкции моста через Днепр (интересно, куда смотрит Госнадзорохрантруда? – авт.). Вечером после работы Олег куда-то вышел. Его труп родные нашли возле дома ранним утром. Эксперт, осматривая тело, обнаружил на правой руке след от инъекции, хотя по венам не заметно, что умерший наркоман. Причины смерти установит только вскрытие. После составления протокола осмотра уже вместе со следственно-оперативной группой отправляемся по другому вызову.

12 часов 20 минут. 50-летний алкоголик, не ночующий дома месяцами, заявился под вечер к родным. Непьющие дочь с зятем обнаружили его мертвым на диване лишь утром. Первичный осмотр Александром Комоловым показал: на глазах симптом «очков»( под глазами симметрично расположенные кровоподтеки, что говорит о возможной черепно-мозговой травме), на теле – следы от ударов. Необходимо вскрытие.

Откровенно говоря, для сотрудников милиции заключение о насильственной смерти бомжа практически означает «висяк» или «глухарь», который, безусловно, снизит показатели раскрываемости преступлений вообще и убийств, в частности. Операм зачастую приходится «пахать» зря, получая в итоге нулевой результат. К слову, раскрываемость убийств на Днепропетровщине одна из самых высоких в Украине. По крайней мере, на сегодняшний день остаются нераскрытыми только девять из нескольких сотен, совершенных за последние десять лет.

13 часов 45 минут. В Ленинском районе скончался 53-летний инвалид. Судмедэксперт: «Будем через двадцать минут». В ответ: группа выезжает. Прибыли мы вовремя. Оперов и следователя еще нет. Сидим, ждем, поскольку судмедэксперт не осматривает труп в отсутствие членов следственно-оперативной группы (СОГ). Поступает еще несколько вызовов (женщина на даче погибла от удара электрическим током, случайно схватившись рукой за оголенный провод, у другого – инфаркт, у третьей – инсульт).

Тем не менее, остаемся на месте, ожидая СОГ.

Надо отметить, что миллионный Днепропетровск обслуживает только один дежурный судмедэксперт. При этом бюро выделено всего четыре с половиной(?) ставки дежурных, поэтому экспертам приходится работать за двоих. Но в случае форс-мажорных обстоятельств еще один специалист готов подстраховать своего коллегу, из-за чего судмедэксперт отдела дежурных медэкспертиз всегда находится дома в режиме он-лайн с включенной мобилкой. Сам же начальник отдела не отключает ее никогда. Кроме того, сейчас направления покойников в морг для вскрытия подписываются исключительно представителями прокуратуры и СМЭ, а за подписью участкового или других представителей МВД, как было раньше, трупы не принимаются.

…Оперативников и следователя нет уже более часа. Собственно, такое случается постоянно. Именно поэтому родным и близким покойных из-за нерасторопности сотрудников милиции (редко случаются объективные причины) приходится часами ждать прибытия СОГ. Но это еще полбеды. Бывают случаи на грани криминала.

Из рапорта дежурного судмедэксперта: «…29.06.04г. в 15:15 я прибыл в Днепропетровский РОВД и 1 час 40 минут просидел там, поскольку не было машины и оперативных работников. Когда прибыли по указанному адресу, оказалось, что труп утром перевезли в город и в 14:00 уже похоронили».

Хватает и ложных вызовов, когда бесполезно сжигается строго лимитированный бензин, выделяемый для выезда экспертов.

Из рапорта дежурного судмедэксперта: «…13.01.04г. в 03:26 поступил вызов от дежурного Амур-Нижнеднепровского РОВД. Перезвонив туда и убедившись, что вызов соответствует действительности, поехали по указанному адресу. Прибыли на место в 04:00. СОГ и представитель прокуратуры отсутствовали. Дверь квартиры не открыли, сказав, что все живы, а милицию они не вызывали. Я сообщил об этом дежурному РОВД, на что тот ответил: «Наши сотрудники еще раз съездят, но утром, когда рассветет».

…Спустя 1 час сорок минут наконец-то прибыли следователь прокуратуры и опера Ленинского РОВД. Опять описание трупа, составление протокола. Покойника помещают в УАЗик СМЭ, и мы возвращаемся на базу, покойники – в морг.

Увы, но вышесказанное свидетельствует о недостаточно скоординированных действиях правоохранителей и судмедэкспертов, которые приводят к неоправданной трате времени и, в конечном итоге, вызывают недовольство родственников усопших.

Мужская работа

Хорошо, когда у почившего в бозе есть друзья или родственники, которые выносят и укладывают тело в смэсовский УАЗ.

16:00. От инсульта в присутствии лечащего врача дома скончался 73-летний мужчина. Труп необходимо доставить с седьмого этажа многоэтажки к машине. Лифт по определению не работает, а все соседи на даче. Приходится судмедэксперту, нашему водителю и автору этих строк нести вниз шестипудовое тело самим.

Но это еще цветочки. Экспертам и операм доводится транспортировать полуразложившиеся трупы. Тогда, поверьте, помещение морга по сравнению с «ароматами» в салоне УАЗика напоминает косметический кабинет.

17:05. Приезжаем по вызову в частный сектор Индустриального района. Бабушке 83 года, третий инсульт. Покойная уже одета для отпевания. Тем не менее, приходится родственникам снова ее разоблачать, дабы эксперт мог провести наружный осмотр. Внешних повреждений нет.

Осмотр тела, даже если имеется справка от лечащего врача, необходим. Случается, что покойник уже в гробу. Эксперт сдвигает воротник его сорочки и видит трансгуляционную борозду, что свидетельствует о признаках насильственной смерти. Бывает и так, что покойника хоронят без всяких документов, по сути, тайком. Сколько таких могил на Днепропетровщине, остается только догадываться.

18:20. Пьянка в одном из частных домов Ленинского района в полном разгаре.

На полу труп хозяина. Вдова, наливая себе стакан вонючей самогонки:

– Ну надо же, всего стакан «навернул» и всё.

Ей хором вторят собутыльники:

– Слаб он стал, слаб…

На предложение доставить труп в машину следует резкий отказ. Только присутствие милиции удерживает пьяных от агрессивных действий. Вдова при этом заявляет, что мужа забирать не будет: на похороны денег нет. Относим сами.

По словам начальника днепропетровского бюро СМЭ Валерия Войченко, на 250-300 ежемесячных вызовов по факту смерти приходится до сотни отказов. Только за шесть месяцев нынешнего года родные категорически отказались хоронить более 500 своих близких. В этих случаях, после проведения вскрытия, труп хоронят на кладбище за счет городского управления ЖКХ. К слову, только одно захоронение обходится в 150-200 гривен. Между тем, некоторые, с позволения сказать, «родственники», добыв правдами и неправдами справку о смерти, получают госпособие на похороны, которое благополучно пропивается.

К счастью, за время суточного дежурства не произошло ни одного убийства. Но то, что увидел и услышал корреспондент «ЛИЦ», дает повод для размышлений и соответствующих выводов.

Ныне укомплектованность бюро судмедэкспертами находится на уровне 68 %. И это несмотря на переизбыток выпускников медицинских вузов. Низкая зарплата, работа зачастую в экстремальных условиях, отсутствие льготного выхода на пенсию, непростые взаимоотношения с правоохранительными органами сделали эту профессию непрестижной. Добавьте сюда высокую степень заразиться какой-либо болезнью, и становится понятным, почему в СМЭ работают исключительно фанаты, преданные своему делу без остатка.

Медики утверждают, что туберкулез – болезнь социальная, поражающая в основном бомжей. В таком случае, каждого второго судмедэксперта со стажем можно смело отнести к категории риска…

Поділитися: