Сказ про то, как “дедушка” продал еще и “бацьку”Кучму вновь ожидает международный скандал – с Белоруссией

08 жовтня 2002 о 21:00 - 1607

Олена ГарагуцОлена Гарагуц


Записи майора Мельниченко продолжают напоминать ящик Пандоры – и дело не только в том, что по каждому актуальному случаю он, как фокусник, достает из рукава очередную пленку. И каждый раз, перечитывая разговоры в президентском кабинете, хватаешься за голову и восхищаешься действительно “многовекторностью” нашего лидера. Если майор прав, и записи подлинные, то в ближайшее время Леонида Даниловича ожидает еще один международный скандал – конфликт с северным соседом, президентом Беларуси, с которым еще так недавно он целовался взасос.
Пленка Мельниченко, о которой речь пойдет ниже, как правило, цитируется в связи со слежкой за Юлией Тимошенко во время посещения последней Лондона в мае 2000 года. Всех тех, кто ознакомился с этой записью, в первую очередь поразило то, какие действительно длинные руки у украинских спецслужб. Смогли установить наружное наблюдение за дамой в самой Великобритании. Кроме того, запись убеждала в том, что лидер “Батькивщины” чудом смогла избежать готовившейся провокации с использованием ею государственного имущества (в данном случае – самолета) в личных целях.
“Ради сохранения спокойствия в стране я готов пожертвовать собственным разумом”.
Здесь и далее – цитаты
из высказываний белорусского президента.
“(5 мая 2000 года).
Кучма: Зря мы ей не дали самолет.
Деркач: Она полетела своим.
Кучма: Надо было дать наш самолет из этого самого, а потом спросить: что же ты на государственных самолетах летаешь в личных целях?
Деркач: Значит, по данным агентуры, там встретилась и полетела дальше. Встретили ее там посол; там есть наши хлопцы. С 19 до 21 часа она встречалась с одним из банкиров. Мы его не знаем. Значит, Рон Фиммер, City group, вот. Сидел в ресторане. Потом она сегодня имеет встречу. Ну, я не знаю, через руководство банка (неразборчиво) в Турции (неразборчиво). Почему она встречается? Ей был факс.
Кучма: Она просила?
Деркач: Ну, она попросила и факты, и разрешить полететь туда, значит, этот, Ющенко. Ну, я думаю, что оно что-то похоже на то, как мы – помните, как мы через англичан выпускали руководителя Национального банка Белоруссии? (выд.ред.)”.
А вот это – уже сенсация. “Мы через англичан выпускали руководителя Национального банка Белоруссии”? Это в Украине ностальгическое воспоминание тогдашнего председателя Службы безопасности Украины ничего не значит. В Минске этот пассаж должен произвести эффект разорвавшейся бомбы. Ведь в данном случае речь идет о скандальном побеге в Великобританию из-под ареста бывшего председателя Нацбанка Беларуси (НБРБ) Тамары Винниковой.
“Последние волосы встали у меня дыбом, когда я узнал о положении дел в экономике”.
Госпожа Винникова всегда была очень заметной персоной в Минске. Ее АКБ “Беларусь-банк” устраивал шикарные презентации. С ней дружил, ставший позднее непримиримым борцом с режимом Лукашенко, репортер ОРТ Павел Шеремет. Тамара Дмитриевна отмечалась государственными и церковными наградами.
Именно во время очередного награждения в церкви к импозантной банкирше и подошел президент Лукашенко. Забыв о протоколе, он проболтал с Винниковой более получаса. Знакомство было продолжено и переросло в назначение председателя правления “Беларусь-банка” руководителем Национального банка республики. Для этого с должности главного белорусского банкира был смещен Станислав Богданкевич – по стечению обстоятельств наиболее непримиримый критик “Беларусь-банка”. Богданкевич утверждал, что Винникова создавала вовсе не банк, а финансовую пирамиду наподобие гремевшего в те времена “МММ”: “Для поддержания своей ликвидности банк вынужден ежедневно искать ресурсы хоть на сутки, хоть на ночь, чтобы рассчитаться со своими вкладчиками и кредиторами”.
Сразу же после подписания указа о смещении Богданкевича здание Нацбанка было взято под контроль вооруженными людьми в масках. Белоруссия получила свое первое “маски-шоу”, едва не закончившееся перестрелкой с очумевшей от происходящего государственной охраной главного финансового учреждения страны. Последовавшая вслед за этим ревизия не нашла никаких нарушений в деятельности НБРБ.
Первое время госпожа Винникова была для Лукашенко не только воплощением современных подходов в работе банковской системы, но и вообще – самой любезностью. В условиях, когда придворные президента соревновались между собой в восхвалениях “бацьки”, Тамара Дмитриевна выделялась даже на таком фоне: “Александр Григорьевич – человек гениальный, исходя хотя бы из того, что он просто самоотверженно любит свой народ и ему полностью и самоотверженно предан. Он очень хочет сделать счастливым буквально каждого человека”. При “дворе” заговорили о грядущем назначении Винниковой премьер-министром. Но в январе 1997-го года прогремело, как гром среди ясного неба: “Председатель белорусского Национального банка арестована прямо на своем рабочем месте”.
“Я свое государство
за цивилизованным миром не поведу”.
Тамаре Винниковой инкриминировались не только старые грешки по предпринимательской деятельности до поступления на государственную службу, но и хищение государственного имущества в особо крупных размерах, превышение служебных полномочий на посту главы Нацбанка. Знающие же люди утверждали, что она просто вела свою игру, направленную против Лукашенко. Но “бацька” не мог простить ей не только это, но и обвал национальной валюты за период руководства Винниковой главным банком страны.
В тюрьме Тамара Дмитриевна очень сдала. Посещавший ее, Павел Шеремет вспоминал: “В этой измученной и сильно похудевшей женщине было непросто узнать человека, который раньше вершил судьбу всей финансовой системы страны”. Она несколько раз попадала в больницу тюрьмы КГБ, а личный врач Лукашенко после медосмотра подсудимой настоял на срочной операции. Спустя десять месяцев Винниковой изменили режим содержания и перевели под домашний арест. Такая неожиданная либеральность диктатора объяснялась не только состоянием здоровья измученной тюрьмой женщины – у следствия просто не находилось веских доказательств преступлений Винниковой.
“Я люблю играть в хоккей
сам против себя”.
В апреле 1999-го фамилия экс-председателя Национального банка Республики Беларусь вновь оказалась на первых полосах газет: она исчезла самым таинственным образом. Через месяц пропал отправленный в отставку министр внутренних дел Юрий Захаренко. Противники Лукашенко объявили о том, что их убили, а в западной прессе появились первые упоминания об “эскадронах смерти Лукашенко”. После исчезновения спикера Виктора Гончара и его знакомого предпринимателя Анатолия Красовского уже никто не сомневался: неспроста. И тут госпожа Винникова неожиданно нашлась… в Лондоне.
Банкиршу подвели телефонные звонки подругам. Какой-то из разговоров был перехвачен, и это позволило Александру Лукашенко не только заговорить в очередной раз о “руке Запада”, которая хочет его смещения, но и заявить, что посадкой в СИЗО КГБ он фактически спас Винникову от мафии, которая хотела ее убить, списав все на его режим.
Винниковой пришлось объяснять, каким образом ей удалось уйти от сотрудников КГБ, охранявших ее денно и нощно. Объяснения выглядели, мягко говоря, неубедительно: “ушла в халате и в домашних тапочках”. “Меня просто из группы охраны передавали в группу людей, которые занимаются физическим уничтожением. Здесь и произошла небольшая накладка, о которой я говорить не могу”. И не надо, все уже сказал Леонид Деркач. А товарищ майор записал: “Мы через англичан выпускали руководителя Национального банка Белоруссии”. И как теперь на это все посмотрит друг Александр Григорьевич? А сердиться ему будет за что!
Перед президентскими выборами Тамара Винникова выбросила в прессу все, что она знала о финансовых делах белорусского лидера. И о том, сколько стоят его часы и костюмы, и о том, что он кладет себе в карман 10% отката от каждой внешнеторговой операции. И о том, что деньги прятались в дружественной Югославии. И о том, как распродавалось оружие. О многом, но не обо всем. Выборы Лукашенко триумфально выиграл. В том числе, кстати, и благодаря Винниковой. Народ-то считал, что эту эффектную женщину уничтожили и совершенно забыл о действительно зверски убитом операторе ОРТ Дмитрии Завадском. Затем белорусская милиция арестовала в Минске сына Винниковой Сергея – якобы за хранение наркотиков (двух граммов кокаина), и она окончательно замолчала. Наверное, за это ее сыну дали не пятнадцать лет заключения, а два года условно.
И наверняка теперь Лукашенко припомнит Леониду Кучме еще одну давнюю обиду – встречу украинского президента с представителем непримиримой белорусской оппозиции Семеном Шарецким. Лучше самого “бацьки” про это никто не расскажет.
“Совсем недавно американцы давили на Кучму, полторы или две недели тому назад: “Ты должен принять у себя Шарецкого”. Ответственно заявляю: за это были обещаны деньги, валюта. Заявление Кучмы: “Я не могу. Мы и так испортили отношения не только с Лукашенко, но и с Белоруссией. Я не могу его принять”. Поддержка на выборах ему была гарантирована. Он согласился сделать это конфиденциально.
Шарецкого из Литвы привозят на дачу Кучмы, и он около часа с ним встречается при условии, что это будет не известно никому, конфиденциально. Шарецкий уезжает в Литву. Американцы через свое посольство (это тоже делалось через посольство США в Украине) заставляют Шарецкого засветить всю информацию в Литве. И он дает пресс-конференцию об этой встрече в нарушение договоренности с Кучмой, на что – это официально известно – пресс-служба Президента Украины немедленно отреагировала: такой встречи не было. Такая встреча была! Она подтверждена нашими источниками, белорусскими и российскими, и мы сегодня имеем документы о том, как посол США в Беларуси ездил в Литву, консультировал Шарецкого, который сегодня претендует на поездку в ОБСЕ, и как разрабатывалась эта схема” (из выступления Лукашенко А.Г. на пленарном заседании Государственной Думы Российской Федерации 27 октября 1999 года).
Оказывается, Леонид Кучма действительно помогал белорусской оппозиции. Если это так, то отчего мировая общественность не знает о таком продвинутом поступке украинского лидера? Сейчас – как раз время об этом громко заявить на весь мир.

Вместо P.S.

“Иду я раз па Парыжу, сматру, этат, как его… Булонский лес. И они им гордятся, пусть не обижается на меня прысутствуюшчый здесь посол Франции, но разве можна сравнить этот их лес с нашей Белавежскай пушчай!?”

Підписуйтесь на наш телеграмм

Поділитися: