Потери российской армии в войне против Украины резко выросли, и это всё сильнее осложняет достижение целей, которые Кремль связывает с кампанией на фронте. Об этом пишет Financial Times со ссылкой на украинских и западных чиновников, а также военных аналитиков.
Ключевая ставка владимира путина — постоянное давление вдоль широкой линии фронта, которое, по замыслу, должно в итоге сломить украинскую сторону. Однако такая модель войны не обещает россии «значительных оперативных прорывов», считает старший научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир Майкл Кофман. По его словам, то, как сейчас воюют российские силы, не создаёт условий для существенных результатов на поле боя.
Аналитики, которых цитирует издание, описывают картину медленного продвижения: на ключевых участках фронта темпы составляют от 15 до 70 метров в день. В отчёте Центра стратегических и международных исследований (CSIS) эти показатели названы более низкими, чем в большинстве войн за последние 100 лет.
На этом фоне растёт и цена наступательных действий. Общие потери россии оцениваются как минимум в 325 тысяч погибших, говорится в материале. Президент Украины Владимир Зеленский на прошлой неделе заявил, что россия ежемесячно теряет «десятки тысяч» военных: по его словам, от 30 до 35 тысяч солдат каждый месяц погибают или получают тяжёлые ранения.
Отдельная линия оценок касается внутреннего состояния российских войск. Украинская аналитическая группа Frontelligence Insight сообщает, что уровень дезертирства в российской армии достиг самого высокого показателя почти за четыре года войны. Бывший украинский офицер, возглавляющий группу, описывает ситуацию как наступление «любой ценой»: командиры, по его словам, расходуют ресурсы «за пределами разумного», что приводит к потерям, которых часто можно было избежать.
Дроны как множитель потерь
Financial Times также связывает рост потерь с изменением характера войны из-за беспилотников. По данным латвийской разведки, дроны приводят к 70–80% убитых и раненых с обеих сторон. Бывший украинский офицер, которого цитирует издание, объясняет: раненый солдат может быстро стать «обузой», когда десятки беспилотников постоянно наблюдают или атакуют, а эвакуация остаётся чрезвычайно рискованной.
При этом россия формально выполняет планы по набору около 35 тысяч человек в месяц, но, по оценке Кофмана, большинство новобранцев идёт на компенсацию текущих потерь, а не на наращивание потенциала. Он считает, что такая динамика набора указывает на более глубокую проблему: россии будет всё труднее сохранять наступательное давление на нынешнем уровне.
Аналитики сходятся во мнении, что финансовая мотивация пока позволяет Кремлю поддерживать численность армии. Однако и этот ресурс ограничен. «В конце концов у вас заканчиваются люди, для которых эти деньги оправданы», — подытожил Кофман.
История вопроса
-
Financial Times сообщила о резком росте потерь российской армии в войне против Украины со ссылкой на чиновников и аналитиков.
-
Майкл Кофман (Фонд Карнеги) считает, что нынешняя тактика россии не ведёт к значительным оперативным прорывам.
-
Темпы продвижения российских сил оцениваются в 15–70 метров в день; CSIS называет это медленнее, чем в большинстве войн за последние 100 лет.
-
Общие потери россии оцениваются как минимум в 325 тысяч погибших.
-
Владимир Зеленский заявил о 30–35 тысячах погибших или тяжело раненых российских солдат ежемесячно.
-
Frontelligence Insight сообщает о самом высоком почти за четыре года уровне дезертирства в российской армии.
-
Латвийская разведка оценивает, что дроны вызывают 70–80% убитых и раненых с обеих сторон.
-
Набор около 35 тысяч человек в месяц, по оценкам аналитиков, в основном компенсирует потери, а финансовая мотивация имеет предел.