Если бы у нас 24 февраля 2022 года уже был нынешний уровень развития дронов, то вторжение россиян превратилось бы для нас в сафари по их уничтожению. Это была бы настоящая охота.
Другое дело, что россияне вряд ли вообще решились бы вторгаться в том виде, в каком они это сделали, понимая, сколько БПЛА обрушится им на головы или сбросит что-то смертоносное.
Согласно статистике, которую видят все, кто активно работает с дронами, в один из прошлых месяцев ВСУ с помощью БПЛА уничтожили более 50 000 целей.
Просто вдумайтесь: 50 000+ целей. Где одна уничтоженная С-300 — это одна цель. Как и уничтоженный «Панцирь» — тоже одна. А их было несколько.
Во что превращается эта война? В войну дронов.
Приближается момент, когда понятие линии фронта просто исчезнет. Потому что на расстоянии 20–30–40 километров в обе стороны от условной линии фронта каждый сантиметр и каждое движение будут находиться под ударом дронов.
И эти 20–30–40 километров будут постоянно увеличиваться. На территориях, ограниченных этой дистанцией, выжить станет невозможно.
Ствольная артиллерия с дальностью поражения 20 км станет ненужной. Объективно — на участках фронта, где грамотно применяются дроны, она уже не нужна.
В какой-то момент эта война может перейти в войну на уничтожение операторов БПЛА — когда целью станет не техника, а люди, которые управляют дронами.
Это война умов, технологий, IT, инженеров, скорости принятия решений и их реализации. И, конечно же, денег.
Это уже не война танков и БТРов, это война эффективности.
Эффективности действий. Эффективности решений. Эффективности тех, кто эти решения принимает.
Примерно по принципу: адаптируйся или умри.
Мы успешно адаптируемся уже четвёртый год. И я уверен — будем развиваться дальше.
Есть только одно «но». Нужно меньше идиотизма и бюрократии во всём, что касается армии и войны.
Надеюсь, последние международные события убедят всех, что этот путь — единственно верный.
На сегодняшний день главное, о чём мы должны думать — как сократить дистанцию между разработчиком новых технических решений и полем боя.
Чем быстрее инновации и новая техника начнут бить по врагу, тем быстрее наступит тот самый надежный мир, о котором мы все мечтаем.
ВСУ как сильнейшая армия на континенте и вооружение, которое мы производим сами или вместе с партнёрами, — это лучшая гарантия мира.
Причём не только для нас, но и для всей Европы.