Август 1991-го: как это было в Днепропетровске

26 серпня 2011 о 09:57 - 2039

«О перевороте (ГКЧП – ред.) я узнал достаточно рано – около 8 утра –  рассказал один из коллег. У нас началась сумасшедшая работа. Другого такого страшного дня, как 19 августа 1991 года, в моей жизни не было. Связи фактически ни с кем не было. Никаких новостей из Москвы не было. По телевизору бесконечно транслировали «Лебединое озеро». И мы самостоятельно решали, что делать. Во-первых, необходимо было проинформировать людей. Во-вторых, было очевидно: если это переворот, то достанут нас всех: «антисоветчиков», «антикоммунистических элементов». Поэтому перед нами тогда стояла главная задача – перепрятать документы. Что мы и сделали, – рассказывает основатель Днепропетровской краевой организации Народного Руха Украины за перестройку Иван Шулик. – Потом пришло указание: документы уничтожить. Но, наверное, мы – единственная организация, которая сохранила архивы с 1989 года».

Было решено свезти с офис множительную технику и расходные материалы, которые руховцы прятали в разных местах Днепропетровска, и приступить к выпуску листовок – информацию для них получали через радио «Свобода».

«Часть людей притихли и разбежались, – продолжает Иван Иванович. – Но были и те, кто сразу же пришел к нам. И, по сути, так организовался штаб сопротивления. В него вошли не только руховцы. В числе первых к нам пришли Геннадий Сахаров, Иван Сокульский, Андрей Пашко, Леонид Талько и другие сторонники Независимости. Мы уже с 20 августа организовали постоянно действующий многотысячный митинг на площади Ленина, раздавали листовки, чтобы хоть как-то успокоить людей. Были выпущены десятки тысяч листовок, содержащих информацию обо всех последних событиях в Москве. Мы наняли несколько таксистов, установили на их машинах громкоговорители, и наши бригады ездили по городу, останавливаясь в местах сбора горожан, сообщали им информацию.

Мы сразу решили, что нужно готовить всеобщую политическую забастовку. Кстати, меня тогда в милиции спросили: «Иван Иванович, вы же против Горбачева всегда выступали – чем же сейчас недовольны, зачем его защищаете?» Отвечаю: да, я против подчинения Союзу, но и против антиконституционных действий.

Как и в Киеве, власть в Днепропетровске, в том числе и милиция, была долгое время в растерянности. Первые лица прятались в отпусках. Видимо, это было так спланировано.

21 августа всю нашу группу, которая работала около ЦУМа под руководством Геннадия Сахарова, арестовали, в т.ч. и меня. Пока везли, Сахаров спросил у одного сержанта (как потом выяснилось, на самом деле он был майором из тюремной охраны), куда направляемся. В ответ услышали: к первой же клетке. Но все-таки отвезли в опорный пункт на ул.Ленина.

Нас водили к прокурорам, в том числе и к прокурору города Ворсинову, его заму Тертишному. В ответ на их обвинения я заявлял: «Вы конченые люди, хунтисты, заговорщики – прощайтесь с погонами!» И когда ближе к вечеру ГКЧП бежал в аэропорт Шереметьево, нас отпустили. Но задержания наших соратников продолжались и на следующий день.

22 августа мы решили, что необходимо блокировать райкомы, горкомы и обкомы КПСС. Появилась информация, что там начали сжигать документы: мы вызывали наряды милиции и вместе с ними выезжали по адресам, где по нашей информации это происходит. Кстати, мы провели обыск в кинотеатре «Бригантина»: вызвали директора – Антонину Ульяхину (тетю Юлии Тимошенко – авт.), которая руководила еще и кинотеатрами «Родина» и «Панорама», принадлежавшими Геннадию Тимошенко. Обыскали все помещения, но ничего не нашли. Чуть позже мы организовали опечатывание горкома и обкома компартии – при этом власть вообще не показывалась, ничего не предпринимала, сопротивления не оказывала».

Председатель областного объединения Всеукраинского общества «Просвіта» им.Шевченко Сергей Довгаль:

«В 1987 году состоялся легендарный пленум Союза писателей Украины, который выразил обеспокоенность состоянием украинской культуры и украинского языка, и обратился в Президиум Верховного Совета УССР с предложением внедрить обучение на украинском языке во всех школах на территории республики и предоставить ему статус государственного. В 1988 году во Львове начали организовывать Товарищество украинского языка. 22 июля 1988 года датируется первый документ о создании такого объединения в Днепропетровске. Причем одна из подписей под этим документом принадлежит Сергею Тигипко, который на то время еще работал в комсомоле и совсем не знал украинского языка. Он выучил его за два месяца, наняв преподавателя.

Так что, борьба за украинскую державность в Днепропетровске началась с украинского языка. В 1990 году состоялись первые в истории демократические выборы, когда люди уже могли выбирать, а не просто ставить галочки. Тогда 9 представителей от Товарищества украинского языка, в том числе и я, прошли в Днепропетровский городской совет и сформировали депутатскую группу «Возрождение». Нас тогда еще называли «националистами».

В понедельник, 19 августа 1991 года, было объявлено о создании ГКЧП. Представьте: приходим мы на работу, а нам говорят: «Все, Горбачева нет, новая власть – какой-то ГКЧП, всех будут стрелять». А я в то время входил в демократический блок горсовета, который возглавлял нынешний глава Фонда госимущества Александр Рябченко. Мэром тогда был Валерий Пустовойтенко. И мы поставили вопрос о сборе внеочередной сессии горсовета – чтобы дать свою оценку деятельности ГКЧП. Сессия 21 августа проходила очень бурно. И, наконец, с небольшим перевесом голосов, мы проголосовали за осуждение деятельности ГКЧП.

Я вышел из здания горсовета и слышу, что все списки уже готовы, наиболее активных будут арестовывать сразу. Около часа пребывал в шоке, заходил в какие-то помещения, пока не услышал объявление «бывший ГКЧП…». Отлегло от сердца. Ох, и хорошо же мы тогда напились!

Геннадий Сахаров, журналист (в 2005-2007гг. – корреспондент газеты «Лица»):

«В июле краевая организация Народного Руха организовала празднование годовщины Декларации о Государственном суверенитете Украины. В этот же день на Театральной площади был поднят национальный сине-желтый флаг, который по приказу председателя горисполкома В. Пустовойтенко был уничтожен, несмотря на ежедневную руховскую охрану.

В знак протеста председатель краевой организации И. Шулик объявляет бессрочную голодовку возле горисполкома, которая длилась 14 суток. Голодовка вызвала очередной массовый прилив сторонников и членов Народного Руха, вызвала широкий резонанс среди общественности, привлекла внимание к событию средств массовой информации. Завершение голодовки было триумфальной победой лидера Руха над городскими властями и системой, которая так и не поняла, как бороться с оппонентом.

Бурный август 1991 года показал, что Народный Рух в области является несокрушимой политической структурой, которая не изогнется под любыми действиями власти. В Днепропетровске были организованы массовые акции протеста против действий ГКЧП сразу же 19 августа. Было напечатано десятки тысяч листовок, которые призывали население города не подчиняться решению ГКЧП и местной власти. Несмотря на аресты и задержания, постоянно действующий митинг в Днепропетровске не останавливался. К нему присоединилось все больше и больше людей. Коммунистическая система фактически была парализована и большая заслуга в этом активистов и руководителей руховских организаций на местах.

24 августа – День провозглашения Акта независимости Украины, засвидетельствовало неуничтожимость украинского духа даже в таких областях, как Днепропетровская».

Председатель областной организации УНП, основатель Днепропетровской краевой организации Народного Руха Украины за перестройку Анатолий Сокоринский:

«В те дни был действительно пиковый момент. Те, кто к тому времени уже поднялся для политической борьбы или общественной деятельности за украинскую государственность, оказались на грани, ведь те, кто тогда пришли к власти, долго не церемонились бы. Не думаю, что до тюрьмы бы довозили. Действовали бы методами ЧК-НКВД.

Все мы ждали решения Верховного Совета Украины. Хоть Кравчук и не был последовательным, но дал отпор представителю ГКЧП, командующему Киевским военным округом Варенникову. К тому времени в ВС был уже сформирован Народный Совет – он и добился от большинства в ВС провозглашения Независимости Украины.

Все мы тогда сидели у радиоприемников и телевизоров в ожидании сообщений. Не скажу, что с провозглашением независимости все люди выходили на улицы, ликовали. Народ не был готов серьезно принять этот радостный день. Но для патриотов большего счастья не было, когда желто-голубой флаг развеялся над зданием Верховной Рады».

Поділитися: