Торфяники в огне: ломать – не строить

17 вересня 2010 о 13:29 - 1691

Огромные масштабы пожаров, которые охватили в этом году леса и торфяники, в очередной раз показали, насколько горькой может быть расплата потомков за недальновидность и самоуверенность предков. 

Несколько лет назад некоторые эксперты и политики из Украины и России пытались выявить позитивные моменты, которые могут принести глобальные климатические изменения. Кое-кто из них даже шутил, что больше не нужно будет завозить бананы из тропических стран. Но сейчас приходится признавать, что если и есть какие-то выгоды от глобального потепления, то по сравнению с проблемами, которые оно приносит, эти преимущества просто ничтожны. И последние события в России и Украине (пусть даже в значительно меньших масштабах) являются ярчайшим тому подтверждением.

Лесные пожары, особенно верховые, огонь которых чрезвычайно сложно потушить. Но ещё сложнее тушить торфяники, поскольку горение торфа может происходить на глубине в несколько метров. И раньше, и сейчас люди редко задумываются о том, что ценность любых диких экосистем, в том числе и болотных, несравнимо выше, чем те материальные выгоды, которые можно получить при их разорении. Никакими деньгами, полученными от добычи торфа или возделывания сельскохозяйственных культур на этих территориях, невозможно компенсировать средообразующую функцию, которую выполняют неприглядные, на первый взгляд, болота. Слой живого мха, покрывающий ненарушенное человеком болото, как губка, удерживает влагу даже при больших углах наклона поверхности. Очевидно, что пожары на таком ландшафте фактически невозможны, ведь уровень стояния грунтовых вод в живых торфяных болотах находится почти на поверхности, а 1 кв. м болотной экосистемы способен удерживать несколько десятков тонн воды. В общем, живое болото — это большой самоконтролирующий аккумулятор пресной воды, который тысячи лет собирает осадки, равномерно отдаёт влагу в природную среду и является, таким образом, регулятором и стабилизатором климата.

Осушение болота приводит к тому, что торфяник лишается огромных запасов воды. Он теряет естественный покров из мха и уже не в состоянии собирать воду в тех количествах, которые собирал раньше. Здесь после выпадения осадков вода стекает в осушительные канавы, уровень грунтовых вод становится неравномерным по сезонам года и, в целом, значительно падает. Корневая система деревьев, трав или сельскохозяйственных культур, находящихся на поверхности такого торфяника, активно высасывает влагу и иссушает торф. В общем, достаточно брошенного окурка в сухую погоду, чтобы началась катастрофа.

Важно отметить, что данная проблема имеет взаимную причинно-следственную связь. Пожары на осушенных торфяниках связаны с сильной и длительной засухой в местах их расположения. Но при этом сама засуха вызвана осушением торфяников, поскольку в таких регионах кардинально нарушен водный баланс и резко сократилось количество испаряемой влаги. Немало шума по этому поводу наделала недавняя
статья В.Данилова-Данильяна, главы Института водных проблем РАН, в газете «Время новостей». Главной причиной таких страшных пожаров, по мнению учёного, стало массовое уничтожение болот, которое проводилось в советские времена. То ли в шутку, то ли всерьёз авторитетный учёный сказал, что причины уничтожения болот в те времена были не только экономические, но и идеологические: «Хотя бы потому, что на болотах невозможно было построить советскую власть. Комары, гадюки, лягушки  — «реакционные существа». На такой территории ни политинформации, ни партсобрания не проведешь». Такие высказывания В.Данилова-Данильяна некоторые СМИ начали интерпретировать чуть ли не как антикоммунистическую пропаганду. Но, как говорится, из песни слов не выкинешь, и массовое уничтожение болотных экосистем на территории бывшего СССР в середине ХХ века есть бесспорный исторический факт, нравится это кому-то или нет. Поначалу осушение болот проводилось с целью добычи торфа. С развитием нефтегазового сектора экономики потребность в торфе практически отпала, но покорение природы не прекращалось, и болота всё равно продолжали активно осушать для создания на их месте сельскохозяйственных угодий. В связи с этим уровень воды на этих территориях упал, торф высох и стал представлять собой «пороховую бочку».

С каждым годом проблема пожаров на торфяниках усугубляется, поэтому неудивительно, что ряд управленцев и учёных выдвигают идею восстановления болотных экосистем, в первую очередь, расположенных вблизи крупных городов. В начале августа губернатор Московской области Борис Громов заявил, что планирует в течение 3-4 лет вновь затопить торфяники в Подмосковье. Однако многие представители научных кругов ставят под сомнение возможность реализации такой задачи за столь короткий срок. Даже если заливать осушенный торфяник водой, предварительно засыпав все канавы и мелкие ложбинки, то необходимо влить несколько десятков тонн воды для обводнения каждого квадратного метра оставшегося торфа. Затем нужно продолжать вливать воду ещё несколько десятилетий, чтобы поддерживать уровень грунтовых вод у поверхности круглый год, и чтобы сфагновые мхи смогли вновь расселиться на поверхности болота и восстановить экосистему.По мнению другого российского учёного К.Дьяконова, данная проблема намного сложнее, чем может показаться на первый взгляд: «В природе есть необратимые системы. Был торфяник, его осушили, возделывали культуры, он вошел в стадию минерализации. Чтобы появились вновь соответствующие растения, чтобы органика накопилась, для этого нужно лет 100-200». По расчётам экспертов, реализация этого проекта весьма затруднительна ввиду отсутствия необходимого объёма воды. Например, учёными подсчитано, что такая река, как Ока, не в состоянии обеспечить надлежащее выполнение такой задачи в Подмосковье.

С другой стороны, очевидно, что другой альтернативы решения проблемы торфяников нет, поскольку ежегодное тушение массовых пожаров является борьбой с последствиями, а не с причинами. Выходом из такой ситуации может послужить лишь комплексный подход. Да, такое «лечение» будет дорогим и длительным, но приходится пожинать плоды такого известного принципа как «ломать — не строить». Увы, на разрушение болотных экосистем потребовались считанные десятилетия, а вот на их воссоздание необходимо куда больше времени. Потребуется ликвидировать сеть дренажных каналов, прекратить любую хозяйственную деятельность на этих огромных территориях и создать надлежащий уровень охраны болотных угодий, чтобы дать возможность естественной болотной растительности восстановиться. И лишь тогда, по прошествии десятков и даже сотен лет, торфяники смогут вновь выполнять функцию природных регуляторов-стабилизаторов гидрологического режима и климата.

В последнем отчёте ООН о биологическом разнообразии чётко даётся понять, что дальнейшее благополучие человечества напрямую зависит от уровня восстановления нарушенных и уничтоженных экосистем. И хотя весь отчёт насквозь пронизан экономическим подходом к проблеме экологического кризиса, со многими из его утверждений трудно не согласиться. Например, один из его тезисов утверждает следующее: «Дикие экосистемы намного дешевле охранять, чем потом их восстанавливать». Можно сказать, что в контексте проблемы болотных экосистем такое утверждение попадает, что называется, в десятку.

Отзывы на статью можно прислать на ecologist@ukr.net ukr.net 

Алексей Бурковский

Поділитися: