Анатолий Гриценко: «Есть шанс смести власть без танков и автоматов»

25 вересня 2009 о 08:34 - 1489

Народный депутат, председатель комитета ВР по вопросам национальной безопасности и обороны ныне живет в Павлограде. Почему и зачем, а также на другие наши вопросы, он ответил в прошедшую пятницу.

 

— Анатолий Степанович, первый вопрос — просили задать посетители городского форума: «Зачем Вы идете на выборы, понимая, что во второй тур Вы не попадете, но отнимете голоса у более перспективного кандидата на него? Или Вы сознательно это делаете для того, чтобы во втором туре встретились Янукович и Тимошенко?»

— Я бы задал встречный вопрос: «А кто определяет более перспективного кандидата, который пройдет?»

— Ну, это, наверное, рейтингами определяется.

-Я не считаю перспективными тех, кто имеет сейчас самый высокий рейтинг — Януковича и Тимошенко. Они, что могли сделать — уже все сделали.

— Почему тогда народ не пересмотрел свое отношение к ним?

— А народ покажет своё отношение 17 января.

— Кстати, Вас редко можно увидеть во всевозможных рейтингах. Это спланированная политика?

— Есть ряд социологических служб, которые подтвердили свою репутацию в течение многих лет. Это, к примеру, Киевский международный Институт социологии, центр Разумкова и другие.

Но список людей, рейтинги которых он хочет видеть, оглашает заказчик социсследований.

К примеру, штаб кандидата Х. заказывает соцопрос, но не включает туда двух других кандидатов. Получен отличный рейтинговый результату для Х — самообман. Кстати, последний распространенный  соцопопрос, в июле месяце, фамилию «Гриценко» не содержал…

— Как Вы оцениваете подобные результаты соцопросов?

— Как маленькие игрушки по манипуляции общественным мнением. Поверьте, они не повлияют на избирательный расклад. Потому что реальная жизнь  —  определяет отношение людей к тем, кто видит себя президентом. И люди все больше и больше начинают сомневаться в этих нечистоплотных результатах соцопросов.

— Скажите, а какая, по-Вашему, реальная жизнь на Днепропетровщине? Ведь Вы тут пребываете уже 7 дней.

Ранее говорили, что основная цель этого визита —  «измерить температуру», собственными глазами посмотреть, что происходит на местах, что думает народ. На сегодняшний день Вы уже можете делать какие-то выводы, допустим, по Павлограду?

— Если позволите, я немножко поправлю вопрос.

Это не «визит». Сегодня визит у премьер-министра. Она прилетела, выступила в Унивеситете, пошла на завод, и улетела.

А у меня не визит — я тут живу. Посещаю  те же самые магазины, смотрю, что можно купить, а чего нельзя, и за какие деньги. Я общаюсь с предпринимателями, которые «незлым тихим словом» вспоминают премьера, и если бы она хотела с ними пообщаться, они бы очень много ей интересного рассказали. О том, как по разнарядке сверху приходит налоговая и заявляет: «Сто тысяч налогов заплатите вперед, такова разнарядка сверху, а не заплатите — пришлем проверку», — и это в  тот самый день, когда премьер обьявила, что дополнительных проверок предпринимателей не будет. Потом приходят пожарники, и тоже заглядывают в карман. Потом приходит санстанция и т. д.

Или пусть бы премьер посмотрела, как финансируются правительственные программы. Если бы она не просто заехала в Днепропетровск, а приехала на ПХЗ (Павлоградский химический завод — авт.), а потом поговорила с теми людьми, которые живут в районе данного завода. И пускай объяснит, если найдет для этого слова, почему стратегически важная задача — утилизация крайне опасного твердого ракетного топлива — не выполняется.

Я ответственно заявляю, что правительство заложило в бюджете программу утилизации, которая предусматривает 350 млн. грн. на этот год, а выделено — не более 50-ти.

Я не боюсь встречаться с этими  людьми и показать, что я могу сделать сейчас и насколько больше я смогу сделать на посту президента. Я не буду обманывать людей.

А выводы — давно понятны: между властью и 46-ю миллионами людей — огромная пропасть. Просто непреодолимая! Эта пропасть измеряется отчаянием, неверием, разочарованием, частично — ненавистью, частично — злобой, переходящей в агрессию. Знаете, что настораживает? Практически в каждой аудитории находится такой человек, который встает и говорит: «Да Вы же бывший военный министр! Берите танки, автоматы, и снесите эту власть!»

— А что Вы отвечаете?

— Я считаю: «Власть, которая себя так ведет — ее нужно снести. Но снести ее танками и автоматами — это значит отбросить нашу страну в прошлое столетие, или с европейского на какой-то другой континент. У нас всех, 46-ти миллионов, есть шанс сделать это спокойно, законно, без танков и автоматов. 17 января, на местных выборах и парламентских давайте используем этот шанс! »

В Павлограде некоторые предприятия, и даже  казенные, работают 2-3 дня в неделю, и по несколько часов. А если говорить о частных предприятиях, есть те, которые работают 3-4 дня в месяц. А есть предприятия, «запуганные», которые могли бы работать, но закрываются, чтобы не быть субъектом для проверок. Потому что они больше отдадут на штрафы и взятки, чем заработают.

Поэтому проживание на Днепропетровщине — и визит, когда вокруг бегают представители местной власти, и можно только помахать рукой из-за кольца охраны — это разные вещи. Я хожу без охраны. И меня можно остановить на улице, поговорить, и высказать, что хочешь: и добрые слова, и какое-то свое возмущение.

— Расскажите, а почему Президент наложил вето на Ваш законопроект о борьбе со взяточничеством?

— В каждой аудитории я задаю один и тот же вопрос, причем, не провокационный, а абсолютно соответствующий духу времени. Я говорю: «Поднимите руки те , кто считает, что можно пойти в суд и без взятки защитить там свои права». Последний раз задавал в Никополе, сидело 600 человек в зале. Ноль рук. В Днепродзержинске, в мэрии, собрано около 300 руководителей местного уровня. Ноль рук. В университете… Ноль. В селе… Ноль. И этот как приговор. Власть уронила планку закона полностью. И люди понимают, что если ноль голосов — это чрезвычайная ситуация.

Три месяца закон по противодействию коррупции мог бы уже работать. Почему — вето? Я не знаю, мне трудно объяснить. Скорее всего, на Президента набросилась мафия прокуроров и судей, которые пригрозили: «Мы разбежимся, если такой закон будет действовать».

Мой ответ им: «Побыстрей разбегайтесь!» Те, кто пришли туда, чтобы зарабатывать на чужом горе и брать взятки, чтобы открывать уголовные дела, потом за взятки их закрывать, выпускать того, кто украл миллиард, а вместо него посадить того, кто украл велосипед, брать взятки для того, чтобы выпускать таких, как Лозинский, и так далее, — чем быстрее они уйдут, тем лучше. Зато останутся те, кто будет честно работать.

Как только парламент будет разблокирован, мы этот закон проголосуем, он стоит в повестке дня. И вот на голосовании и для вас, и для меня будет проведена черта — кто голосует, и тем самым подтверждает, что он действительно хочет побороть эту мафию и коррупцию, а кто — не хочет.

 

СПРАВКА

Законопроект №3428 по противо­дейст­вию коррупции, внесенный народным депутатом А. Гриценко, Верховная рада Украины приняла в первом чтении 17 февраля 2009 года большинством голосов (362 голоса при необходимых 226).

В частности, согласно законопроекту, должностные лица, получившие взятку в размере более десяти тысяч долларов, должны будут нести наказание в виде лишения свободы на срок 15 лет без права амнистии. Для судей, прокуроров и следователей за такое преступление законопроектом предусмотрено пожизненное заключение.

Верховная рада 21 мая приняла этот законопроект во втором чтении как закон (364 голоса за, 1 против).

Позже Президент Виктор Ющенко наложил вето на этот закон.

 

— Вы выступаете за кадровые изменения. Под этим нужно понимать люстрацию?

— Ни коим образом люстрацию, никогда не был ее сторонником!

Я говорил о необходимости кадровых изменений на тех ключевых направлениях, где есть провалы. К примеру, в октябре прошлого года я первым сказал, что если б в нашей стране была власть, то после первых спекуляций на валютном рынке, когда с утра курс доллара был 5,2, а вечером — 7,2 гривны за доллар, и кто-то заработал десятки миллионов, главу Нацбанка арестовали тут же.

Если к моменту, когда я стану президентом, Стельмах не уйдет, то это будет одно из первых моих кадровых решений.

Алена Гарагуц

Поділитися: