О бессмертии безграмотных бумагомарак

26 червень 2009 о 10:27 - 2929

И кто же бросает мне столь тяжкое обвинение?

Без фактов, не удосужившись ничего проверить?

Невежественный писака, которому лень помешала справиться с заданием.

Фредерик Форсайт,

«Абсолютная привилегия»

 

Рассказ классика современной английской литературы «Абсолютная привилегия» Фредерика Форсайта был написан в середине прошлого века. Однако правы те, кто утверждает, что настоящие литературные произведения не утрачивают актуальности для последующих поколений. Очевидно, потому, что суть человеческой природы не изменяется, и на протяжении столетий люди вновь и вновь совершают поступки, исполненные как неслыханного благородства, так и столь же неслыханной низости.

В упомянутом выше рассказе речь идет о том, что Тейлор Брент, корреспондент респектабельной лондонской газеты «Санди Курьер», в одном из ее номеров очернил бизнесмена средней руки Била Чедвика, не удосужившись проверить факты. И тут выяснилось, что восстановить справедливость с помощью правосудия у мистера Чедвика нет никаких шансов: адвокат разъяснил ему, что процесс может длиться годами, а судебные расходы могут разорить истца. Что поделаешь — такова британская судебная система, которую автор хорошо изучил: у него, видите ли, есть правило: тщательно изучать предмет, о котором пишешь…

Автор статьи в газете «Лица» «Глава райсовета украла элеватор» (№ 12(516) за пятницу, 13 февраля 2009г.), который скрывается под псевдонимом «Николай Петренко», очевидно, тоже знает особенности судебной системы страны, в которой живет. Ему, судя по всему, известно, что и в украинских судах споры рассматриваются годами, а результат этих тяжб не может предсказать заранее ни один, даже самый опытный, юрист. Так что разорение истцу не грозит, госпошлина у нас посильная, но состариться в боях «с ветряными мельницами» можно, это точно…

Думаю, что именно эти соображения «Николая Петренко», породившие у него уверенность в собственной безнаказанности, а также, очевидно, мотивы меркантильного характера, побудили его взяться за явно неокрепшее перо и породить упомянутый выше опус.

Суть этого «шедевра» изложена в его подзаголовке: «Акционеры обвиняют пятихатскую чиновницу в незаконном присвоении имущества на 50 миллионов гривен». А существо дела заключается в том, что две группы собственников борются за контроль над пятихатским элеватором, обвиняя друг друга во всех смертных грехах. А статья «Николая Петренко» со столь беспардонным названием и фривольным подзаголовком выражает точку зрения одной из враждующих сторон. Дело сегодня обычное, даже банальное: «рейдеры — сами рейдеры!» Слышали, знаем…

Вот только непонятно, кому и зачем пришло в голову затронуть в ходе этой катавасии «мистера Чедвика» — нотариуса Ирину Михайловну Бондарь, которая на акции пятихатского элеватора никогда не претендовала и никакого отношения к упомянутой выше «войне» не имела?

Выразилось это в сакраментальном абзаце, который мы просто обязаны процитировать: «…Любопытно, что все сделки, включая повторную продажу, удалось провернуть через Пятихатское БТИ в течение недели, что для подобных «кефирных» заведений — рекорд оперативности. Секрет прост: процедуру проводила Ирина Бондарь — «карманный нотариус Надежды Алексеевой (той самой «пятихатской чиновницы» — прим. мое, И.Б.)…».

«Позвольте! — воскликнет вменяемый читатель. — С каких пор в БТИ, будь оно пятихатским или харьковским, стали «проворачивать сделки»? Их, если на то пошло, удостоверяют именно нотариусы. И потом, с каких это пор нотариусы начали проводить в БТИ какие-то «процедуры», и в чем эти процедуры заключаются? А почему БТИ — «кефирные» учреждения, а не, допустим, «ряженковые»? И правда — секрет!»

Не в бровь, а в глаз, уважаемые. Чистый вздор, не правда ли? Но «Николая Петренко» эти вопросы не интересуют: он — натуральный Тейлор Брент, собственной персоной.

А перечень интересных вопросов далеко не исчерпан. Например, посещала ли когда-нибудь нотариус Бондарь город Пятихатки, и могла ли она в принципе производить в тамошнем БТИ  какие-то «процедуры»? Увы, уважаемый г-н Петренко, вынужден Вас жестоко огорчить: означенная выше Ирина Михайловна никогда не бывала в этом населенном пункте. Возможно, это является существенным пробелом в ее жизненном опыте, город Пятихатки, конечно, — не последний,  но,  увы, факт остается фактом. Поэтому и нелюбимую Вами Надежду Алексееву Ирина Бондарь видела всего лишь несколько раз в жизни: по долгу службы, так сказать, но с Вашей легкой руки угодила в ее «карманные» нотариусы.

И вот теперь мы подходим к самому интересному: а ответьте-ка, уважаемый «Николай Петренко», что такое «карманный нотариус»? Он что — в кармане сидит? Или в карман заглядывает? Так это уже карманник, а не нотариус… А может быть, Вы хотели сказать, что «карманный» нотариус — это тот нотариус, который очень быстро и качественно совершает нотариальные действия для своих клиентов? Тогда у нас в городе очень много «карманных» нотариусов, а Ирина Бондарь, у которой сотни клиентов — первейшая из них. Так на каком варианте остановимся, уважаемый труженик пера? Не находите ли Вы, что Ваши эпитеты слишком неопределенны, мастер слова Вы наш? А об их оскорбительном звучании я уже молчу…

В своем рассказе, упомянутом выше, Ф. Форсайт, словами своего героя  мистера Чедвика, вопрошает: «Я начал думать и спросил себя, по какому такому праву безграмотный бумагомарака, не дав себе труда сличить с фактами свои измышления, укрываясь за финансовыми и юридическими бастионами уважаемой газеты, позволяет себе такое?» Думается, что речь идет о комплексе «маленького человека», неудачника, у которого нежданно-негаданно  появилась возможность вылить помои на людей, стоящих несоизмеримо выше него на социальной лестнице и которому это нужно для самоутверждения. Ему мало «пятихатской чиновницы»: пигмейское самолюбие требует во что бы то ни стало «лягнуть» и уважаемого днепропетровского нотариуса. Поистине, он достоин жалости.

Герой Форсайта Билл Чедвик посетил на дому своего обидчика и, выражаясь по-нашему, «набил ему морду». Затем мистер Чедвик сам вызвал полицию, и впоследствии в зале суда рассказал почтеннейшей публике, а главное — многочисленным журналистам, слетевшимся на сенсацию о своем коллеге, что он думает о творчестве газетчика Тейлора Брента. И никто не остановил его: беспрепятственно говорить все, что он считает нужным — абсолютная привилегия обвиняемого в английском уголовном процессе.

«Николаю Петренко» «бить морду» никто не будет. Он и так Богом обижен. Служить живым доказательством неистребимости племени безответственных щелкоперов, выдающих себя за журналистов, «безграмотных бумагомарак», выражаясь изысканным слогом английского классика — это ли не печальная участь?  Напротив — мы выражаем анониму самые глубокие соболезнования. Это уже наша абсолютная привилегия.

Адвокат Илья Бондарь

Поділитися: