Бесхозные метры?

20 березня 2009 о 10:14 - 1945

Журналисты рады, когда читатели, подписчики, да и просто люди обращаются к ним с письмами: делятся своими радостями и невзгодами, дают жизненные советы, подсказывают темы для будущих материалов, просят о помощи. Значит, газету читают, доверяют и рассчитывают на ее помощь. Но, к сожалению, встречаются и такие, кто пытается использовать доброе имя газеты в своих целях. К сожалению, не всегда приглядных.

Командовать парадом буду я!

Начало этой истории, как часто бывает в работе журналиста, положило одно из редакционных писем. Его автор — Виктор Кашенков, взывает о помощи, рассказывая о «попытке рейдерского захвата квартиры и желании сделать бомжем, выбросить на улицу, на старость лет, не имея на то никакого правового основания» (стилистика сохранена — авт.). К открытому письму на двух листах приложены документы: копия ордера на квартиру, выписка из решения Бабушкинского райисполкома про утверждение протокола заседания общественной комиссии по жилищным вопросам, выписка из истории болезни его матери — Кашенковой Антонины Дмитриевны, а также справка про ее инвалидность.

А суть письма состоит в следующем: 25 ноября 2008 года в 15 часов 10 минут, как утверждает Виктор Николаевич, начальник КЖЭП-2 Жовтневого района Днепропетровска Елизавета Гавриленко вместе с главным инженером КЖЭПа и еще шестью неизвестными ему людьми пытались своими ключами вскрыть дверь квартиры №81 по улице Мандрыковская, 222, повредив при этом замок. Во время попытки вскрытия квартиры хозяину угрожали через дверь и говорили, что если он не откроет, выломают дверь и вынесут вещи и мебель на лестничную площадку. Видя такую ситуацию, хозяин квартиры вы­звал милицию. Прибывший представитель правоохранительных органов выяснил личности нападавших. Ими действительно оказались работники КЖЭП-2. При этом Виктор Кашенков из своей квартиры так и не вышел, решив общаться со всеми из-за двери. Таким образом, автор утверждает, что «работник милиции пресек попытку проникновения в квартиру, предотвратив ее рейдерский за­хват». Кроме того, после таких действий нападавших Кашенков «боится выйти из своей квартиры, потому что может потерять жилье, работу и постоянный заработок». Правда, причинно-следственная связь тут просматривается слабовато, но для эмоционального усиления — сгодится, по всей видимости, посчитал автор письма. Он также отмечает, что «у меня скоро кончатся продукты, и я выйду, наверное, ночью, чтобы купить еду».

Также Виктор Кашенков утверждает, что «на его иждивении находится мама-инвалид 1-й группы, которая нуждается в постоянном уходе». Помните перечень документов, которые прилагались к письму? На протяжении всего письма автор постоянно подчеркивает, что в этой однокомнатной квартире он непрерывно проживал все 5 лет, с момента ее получения по ордеру.

Для контакта с ним Виктор Николаевич указал свой мобильный телефон и Главпочтамт — до востребования…

После ознакомления с письмом первое, что пришло на ум — это очередная квартирная афера хитромудрых алчных коммунальщиков, позарившихся на жилье бедных стариков. Но перезвонив по указанному в письме номеру мобильного, я услышал уверенный голос мужчины средних лет. О старике не могло быть и речи. Журналистское любопытство и желание пролить луч света в «темном царстве» присланного в редакцию повествования не давали покоя до назначенного для встречи времени «Ч».

Жил-был он

С автором письма я встретился в центре Днепропетровска, в Макдональдсе. Моим визави оказался модно одетый мужчина 35-40 лет, плотного телосложения, роста выше среднего. Ни своими физическими данными и внешним видом, ни своим поведением и уверенными манерами он никак не походил на «униженного и оскорбленного».

Виктор Николаевич рассказал, что он с мамой и родным братом проживал в аварийном доме № 24 на улице Артема, в квартире №11. В конце 2003 года их расселили.

Так, 24 октября 2003 года общественная комиссия по жилищным вопросам при исполкоме Бабушкинского райсовета своим решением №744, на основании письма исполкома днепропетровского горсовета №1/71 от 22.10.2003 г., попросила Жовтневый райсовет выдать Виктору Кашенкову ордер на однокомнатную квартиру №81 в доме №222 по улице Мандрыковской. Мужчина получил на вышеуказанную квартиру ордер №211 от 29.12.2003 года, выданный исполкомом Жовтневого райсовета.

В свою очередь мама — Антонина Дмитриевна вместе с его младшим братом получила отдельную благоустроенную двухкомнатную квартиру по улице Гладкова.

Выяснилось, что Антонина Кашенкова, 1937 года рождения, в 2004 году проживала в станице Брюховецкая Краснодарского края Российской Федерации. И когда в июне 2004 года, после болезни стало понятно, что она самостоятельно передвигаться не может и нуждается в постороннем уходе, сын — Виктор стал хлопотать о ее перевозке в Днепропетровск. После благополучного переезда — 15.12.2004 г., по результатам осмотра Кировским МСЭК, Антонине Дмитриевне была определена первая бессрочная группа инвалидности по общему заболеванию. Сегодня она проживает у младшего сына.

Таким образом, прилагая к своему письму в редакцию копии документов о болезни и инвалидности матери, а также утверждая, что она находится на его иждивении и нуждается в постоянном уходе, Виктор Николае­вич, мягко говоря, лукавил. Для чего? Об этом чуть позже…

А после того, как Виктор Кашенков сдал решение райисполкома и ордер в КЖЭП-2 и получил необходимые сантехнические и другие принадлежности для проживания (квартира находилась в новостройке — авт.), он спросил: «Что дальше?» «Идите и живите!» — ответили ему в КЖЭП-2.

— Вот я пять лет там и живу, — говорит собеседник.

Выяснилось, что за это время новый квартиросъемщик не только не приватизировал квартиру, но и не удосужился даже официально зарегистрироваться в ней и вносить плату за ее содержание (т.н. квартплату). Что до формы собственности жилья, понятно: законодательство сегодня предоставляет гражданам право выбора — либо приватизировать, либо оставлять его государственным. На вопрос об отсутствии регистрации Виктор Николаевич ответил:

— В то время в прессе была массовая атака на прописку, мол, она отменяется, и вводится регистрация. Говорили: можете жить и регистрироваться, где вам угодно. Таким образом, регистрация прошла мимо меня. И я остался незарегистрированным…

Кроме того, по его словам, за эти 5 лет к нему никто не приходил — ни участковый, ни из КЖЭП-2 — не интересовались, почему он проживает без регистрации и проживает ли кто вообще в этой квартире. При этом Виктор Николаевич утверждает, что за коммунальные услуги он вносил плату исправно. В подтверждение своих слов он предоставил копию муниципальной карты №3266890, выданной Сбербанком 8420/243 по проспекту Газеты Правда, 12, — 18.08.2008 года (!!!).

«Может, это дубликат муниципальной карты?» — подумал автор и за информацией наведался в бухгалтерию КЖЭП-2. Мало ли, бумажка могла истрепаться, попасть под воду, сгореть, в конечном итоге.

Но оказалось, что нет — она первая и последняя. Как рассказала бухгалтер КЖЭП-2 Нина Трипутина, плата за содержание и обслуживание квартиры №81 по улице Мандрыковской, 222 к ним не поступала с начала 2004 года. И лишь в августе 2008 года (!!!) поступила единоразовая проплата на сумму 1.100 гривен. Как оказалось, это сделал Виктор Кашенков… По всей видимости, чтобы сделать эту проплату, он и оформил муниципальную карту.

Жила-была она

Погасить имеющуюся задолженность Виктора Николаевича заставила боязнь потерять квартиру. Он узнал, что на его однокомнатную квартиру выписан ордер на другого человека!

В ответ на информационный запрос газеты «Лица», из исполкома Жовтневого райсовета сообщили, что «согласно ст.56 Жилищного Кодекса Украины на основании контрольного списка работников отдела образования Жовтневого районного в г. Дне­пропетровске совета, утвержденного решением исполкома от 15.08.2008 г. №588, предоставить жилое помещение №81 по ул. Мандрыковской, 222 учителю учебно-воспитательного комплекса №111 Юлии Крупий». Она вместе с сыном и дочерью находилась на квартирном учете с декабря 1991 года в списках первоочередного получения жилья, как учитель средней школы.

На основании чего же был выписан этот ордер? Оказывается, что решением Жовтневого районного суда от 17.07.2008г. по гражданскому делу №2-2720/08 (судья Геннадий Черновской — авт.) Виктор Кашенков признанный потерявшим право пользования жилым помещением №81 по улице Мандрыковской, 222. Решение вступило в законную силу 29.07.2008 года. Следует отметить, что оно было вынесено заочно, потому что Виктор Николаевич на судебные заседания не являлся.

Таким образом, после решения суда данная квартира перешла в ранг повторного заселения, и по решению жилищной комиссии Жовтневого райисполкома был выдан повторный ордер на ее заселение. На момент его выдачи в квартире никто не был официально зарегистрирован и не должен был проживать. Но оказалось, что все не так просто…

Я на своих 15-ти квадратных аршин сидел и сидеть буду!

— Получив на руки ордер, 22 августа 2008 года я пришла вселяться в квартиру, — говорит Юлия Крупий. — Но попасть вовнутрь я не смогла, так как там без каких-либо оснований проживал бывший ее пользователь — Виктор Кашенков. Более того, он поселил в спорную квартиру других людей, якобы своих родственников.

Такое поведение мужчины объяснялось просто: суд лишил его права пользования этим жилым помещением, но не обязал оттуда выселиться. А что не запрещено, то разрешено…

По словам Юлии Петровны, она неодно­кратно обращалась к Виктору Николаевичу с требованием освободить квартиру. Но тот каждый раз отвечал отказом. В то же время автору мужчина доказывает, что не видел, не знает и никогда не общался с Юлией Крупий.

До этого визита женщина, как положено по закону, в паспортном столе КЖЭП-2 официально зарегистрировалась в этой квартире, а также открыла на себя лицевой счет. Кроме того, обладательница нового ордера неоднократно обращалась к работникам КЖЭП-2, чтобы те поспособствовали вселению в квартиру. В течение сентября-декабря прошлого года несколько раз коммунальщики, во главе с начальником КЖЭП-2, приходили к двери злополучной квартиры, чтобы попытаться достучаться к тем, кто ее занимает. Но каждый раз на их требования об открытии двери из квартиры раздавались то мужские, то женские голоса с отказами и вызывалась милиция. Пояснив правоохранителям, что к чему, коммунальщики составляли соответствующие акты (при этом Кашенков ни один их них так и не подписал — авт.) и с чувством выполненного долга удалялись к себе в контору. А новосел — Юлия Крупий, несолоно хлебавши, с ордером на руках шла к себе домой…

С вещами на улицу!

Поняв, что спасение утопающей — дело рук самой утопающей, Юлия Крупий в середине сентября 2008 года подала исковое заявление в Жовтневый райсуд о выселении Виктора Кашенкова из квартиры.

Предварительное судебное заседание по этому гражданскому делу состоялось 23.12.2008 г. Во время уточнения судом паспортных данных участников судебного заседания Виктор Кашенков заявил судье Валерию Чорнобуку, что паспорта он не имеет и в связи с этим судебным делом нигде временно не работает. По всей видимости, он посчитал, что заявление об отсутствии паспорта не позволит суду выяснить, где он зарегистрирован на самом деле, как говорится: на нет — и суда нет. Кроме того, он сослался на плохое самочувствие — повышенное давление и настаивал на том, чтобы заседание было перенесено. Но судья, ознакомив участников процесса с их правами и приняв к рассмотрению уточненное исковое заявление, дал сторонам возможность предоставить суду дополнительные доказательства, которые относятся к данному делу.

Следующее судебное заседание — 12.01.2009 г. судом было отложено из-за того, что Виктор Кашенков предоставил справку о болезни.

Но уже 5.02.2009 г., несмотря на то, что ответчик отсутствовал по неизвестным причинам, суд принял решение о заочном рассмотрении дела в открытом заседании. За­слушав показания истца, третьей стороны — руководителя КЖЭП-2 и представителя Жовт­невого райсовета, суд вынес решение — исковое заявление Юлии Крупий удовлетворить, Виктора Кашенкова, а также всех других лиц, которые проживают вместе с ним, выселить из квартиры №81 в доме №222 по улице Мандрыковской без предоставления им другого жилого помещения.

Самое интересное, что и после этого судебного решения в этой истории можно поставить не точку, а лишь многоточие…

Юлия Крупий, получив на руки решение суда, пытается письмами ознакомить с ним Виктора Кашенкова. Тот, в свою очередь, скрываясь от всех и вся, как ни в чем не бывало, занимает квартиру. По всей видимости, вынашивая план обжаловать решение суда.

Что ж, жилье является предметом первой необходимости в любой стране, при любых социальных условиях, любом строе. Однако отношение людей к своему жилью может быть различным. Для одних оно — лишь укрытие от непогоды, для других — место, где будут расти дети, для третьих — выгодное вложение капитала, для четвертых — предмет гордости, указывающий на принадлежность к престижным кругам. У кого-то уходит полжизни на то, чтобы заработать на собственное жилье, а кто-то по своей халатности или же по воле случая не торопится оформить свои права на то, что могло бы быть его по праву. А могло и не быть…

Анатолий Звягель

Поділитися: