О бедных ёлках замолвите слово

26 грудня 2008 о 10:45 - 1088

Приближаются очередные новогодние праздники. Но даже широко рекламируемый во всех СМИ глобальный экономический кризис не смог повлиять на давно сложившиеся стереотипы, даже если они не совсем приемлемы в нынешних реалиях.

Так что значительная часть наших граждан как покупали, так и продолжают покупать новогодние свежесрубленные хвойные деревья, и никакие кризисы им нипочём. Представляю, как довольны собой те, кто купил в предыдущие годы искусственную ёлку. Ведь перед нынешним Новым годом это какая-никакая экономия, если рассуждать с точки зрения экономики. А если рассуждать с точки зрения экологии, то выгода ещё больше — одним спасённым от уничтожения деревом стало больше.

Не многие из нас сознательно, с целью улучшения экологической обстановки садят деревья не у себя на даче, а непосредственно на природных угодьях. Но зато каждый из нас имеет возможность не спровоцировать уничтожение сосны или ели в нашей, и без того скудной на леса, стране. Всем хорошо известен давний медицинский принцип «не навреди». Именно он исполняется теми людьми, кто либо вообще отказался от покупки новогодней ёлки, либо заменил её искусственной или по-настоящему живой, высадив её возле дома. Тем более что для природы не имеет особого значения факт того, совершен ли этот отказ сознательно с природоохранной целью или с целью экономии. В любом случае решение правильное. Хотя большинство людей, покупающих искусственную ёлку, руководствуются совмещением и первого, и второго принципа. За что им честь и хвала. Ведь нашему обществу так не хватает как культуры экологической, так и культуры обращения с денежными средствами.  

Конечно, проблема продажи новогодних ёлок не так уж и проста. Например, для лесхозов это один из немногих законных способов поправить своё материальное положение, которому, конечно же, не позавидуешь. Но нужно понимать, что не всё то, что законно, есть хорошо. Курение, алкоголизм и аборты тоже не противоречат законам, но мало кто скажет, что это позитивные явления. Так что по отношению к лесхозам принцип «спасение утопающих — дело рук самих утопающих» является принципом безалаберного государства и народа, это государство населяющего. Любые природоохранные фонды страны долж­ны быть на полном содержании государства. Потому что функция лесов — это первооснова экологической безопасности, а не способ зарабатывания денег.

Есть, кстати, ещё одна скрытая проблема, связанная с вырубкой, о которой мы редко задумываемся. Многие из тех, кто покупают хвойники, тешат себя мыслью о том, что даже если деревья рубятся, то, наверное, на их месте насаживаются новые, чтобы опять быть проданными через несколько лет. Не знаю, может, какой-нибудь наивный житель Европейского Союза и мог бы поверить в такой исход. Но можем ли подобной мыслью себя утешать мы, живущие в стране, где всё продаётся и всё покупается? И где значительный процент должностных лиц, попав на вожделенную должность, только и думает о том, как бы урвать кусок пожирней, пока есть возможность. Уже сейчас на директивы властей — увеличить площадь лесонасаждений — многие руководители лесхозов только разводят руками — средства какие-никакие есть, а вот земли нет. Вряд ли к её исчезновению причастны зелёные человечки из летающих тарелок. Куда девается земля в лесных массивах, догадаться не сложно — в стране процветает массовая преступная застройка. Я не хочу сказать, что абсолютно все руководители лесхозов раздают землю направо и налево, тем более что без протекции сверху они это сделать не в состоянии. Но при этом, что греха таить, во многих лесхозах дерибан земли идёт полным ходом.

«Но какое это имеет отношение к новогодним ёлкам?» — спросит читатель. Как это ни странно, имеет. Одним из способов незаконного выведения земли из лесного фонда является решение об утрате ценности данной территории как земли лесного фонда. Одна из схем смены статуса земли примерно вы­глядит так. На месте массовой вырубки свежего сосняка или ельника новые деревья не насаживаются. Вместо этого завозится несколько машин строительного или бытового мусора, а потом составляется заключение о том, что данные земли потеряли свою ценность и деградировали. А дальше — дело бюрократической техники. Хотя очевидно, что при такой схеме разбазаривания задействовано несколько коррупционных звеньев. Так что отказ от покупки молодого дерева — это ещё и перестраховка относительно того, что какой-то участок лесной земли не перейдёт в незаконную собственность.

Ещё несколько слов следует сказать о так называемом кризисе, на теме которого некоторые особы откровенно спекулируют. Вообще-то людям, не знавшим войны и голода, а пожелавшим ездить в кредит на новой иномарке, говорить о кризисе должно быть стыдно. Но речь не о том. Просто из-за раздувания этой темы очень многие люди начинают оправдывать свои дурные поступки. Поэтому браконьеры тоже будут давить на жалость, оправдывая свои поступки всё тем же набившим оскомину кризисом. Ведь ни для кого не является новостью тот факт, что огромное количество продаваемых деревьев являются жертвами прямого браконьерства. А наш покупатель вряд ли будет спрашивать документы на товар, главное, чтобы он был по до­ступной цене. Наказание же за незаконную рубку деревьев смешное и не менялось с 5 декабря 1996 года. За вырубку молодого дерева предусмотрен штраф в виде 40,8 грн. за ущерб, нанесённый лесному хозяйству, и, плюс к этому, штраф за административное правонарушение в размере от 85 до 170 грн. в зависимости от того, как ведёт себя правонарушитель. С поправкой на коррупцию и жалость понятно, что даже эти мизерные суммы вряд ли будут взиматься в полной мере. А народ у нас жалостливый. Припоминаю, как в прошлом году какой-то подросток внаглую ходил по подъездам и предлагал купить свежесрубленную сосну. При этом не скрывал, что срубил её сразу за жилым массивом в сосновой роще. Но когда я начал его «нагружать», за него сразу же вступился один из жильцов дома, дескать, что это я наезжаю на парня, который просто решил подзаработать. Пока мы спорили с соседом, молодой человек ретировался и пошёл искать покупателей в другом доме или подъезде.    

Поэтому вопрос вовсе не в том, чтобы вся милиция кинулась патрулировать лесные угодья, и даже не в том, чтобы толпы ин­спекторов бегали по рынкам и проверяли легитимность срубленных деревьев, тем более что в наше время нужные бумажки, печати и штампы на такой товар при желании достать можно. Вопрос именно в том, чтобы простые люди отказались от этого товара. Кто-то возразит, что если деревья уже срублены, то зачем же им пропадать, лучше уж купить. Но надо понять простую истину — чем больше срубленных не проданных деревьев реализаторы выбросят в этом году, тем меньше они закажут для рубки в следующем. И если с каждым годом число покупаемых новогодних ёлок будет сокращаться, тем меньше их будут рубить. Ведь какой толк продавцу заниматься продажей товара, который не пользуется спросом?

Наконец, в корне неправильным является оправдание покупки новогодней ёлки потребностью угодить детям. Тем более что самые маленькие дети изначально не знают о том, что существует такая традиция — под Новый год наряжать срубленное дерево. А когда детей знакомят с такой традицией, то уже изначально в них закладывается мысль о том, что в самом наличии уничтоженного дерева нет ничего плохого. А вот установку искусственной ёлки  нормальные родители как раз могут объяснить тем, что они сберегли живое дерево.

Не все традиции хорошие, тем более, если они не отвечают вызовам времени. Поэтому от плохих традиций следует отказываться, либо вносить в них такие коррективы, чтобы свести плохие последствия таких традиций к нулю. О вкусах не спорят, хорошие вкусы формируют. Так вот, пора понять, что массовая распродажа и покупка уничтоженных деревьев, которые через несколько дней будут массово выброшены на помойки, уже сейчас является проявлением дурного вкуса. А в ближайшие годы подобного рода деятельность должна рассматриваться не иначе как вандализм.  

Свои отзывы на статью можно прислать на e-mail: ecologist@ukr.net

Алексей Бурковский

Поділитися: