СИНДРОМ БЕЗГОЛОВЬЯ Днепропетровск – в «безМЭРном» хаосе безвластия

15 серпня 2008 о 08:47 - 1036

Все больше днепропетровцев задаются неудобными для местной власти вопросами: почему наши дороги хуже, чем у соседей в Кривом Роге и Запорожье, почему бюджет города в 22 раза меньше киевского, почему в Днепропетровске не строится социальное жилье и ударными темпами уничтожаются зеленые зоны, памятники истории и архитектуры? Почему наш земельный дерибан, который по масштабам и безнаказанности уже давно переплюнул киевский, в отличие от киевского, почти ничего не приносит в городской бюджет?

Автор этой статьи, как и многие в нашем городе, долгое время сочувствовал городскому голове Ивану Куличенко, считая, что ему сложно работать во враждебном окружении — сначала людей Николая Швеца, а потом — партийных депутатов-узурпаторов из сине-красной коалиции «Родной Днепропетровск».

Но, наблюдая за тем бардаком и безвластием, которые царят в Днепропетровске, за тем, как Куличенко абсолютно мирно уживается и делит город со своими «гнобителями», и не видя НИКАКИХ действий мэра по улучшению ситуации, вспоминаешь о том, с какого места начинает гнить не только рыба, но и любая власть. Поэтому каждый, кто пытается осмыслить происходящее в нашем городе, рано или поздно встает перед необходимостью ответить на вопросы:

— За что в Днепропетровске отвечает мэр Иван Куличенко?

— Есть ли у нас вообще мэр?

— Это мэр или пустое место?

А был ли мальчик?

В 2000 году, когда городским головой Днепропетровска стал Иван Иванович Куличенко, всем, даже далеким от политики обывателям, было понятно — новый мэр не является полностью самостоятельной фигурой. Во-первых, в годы «развитого кучмизма»  такую ответственную должность в городе — колыбели правящего режима мог занять лишь человек системы, плоть от ее плоти. Во-вторых, Иван Куличенко до самой избирательной кампании не был публичным политиком и никак не проявлял лидерских качеств, а был лишь «коммунальной тенью» вла­­ст­ного Николая Швеца, ушедшего с поста мэра на повышение — в председатели облгосадминистрации — и нуждавшегося в послушном исполнителе своих приказов по Днепропетровску. В-третьих, было очевидно, что лично Швец сделал ставку на неприметного Ивана Куличенко вместо влиятельного и раскрученного Сергея Бычкова, также претендовавшего в 2000 году на роль выдвиженца от админресурса, именно в силу несамо­стоятельности и слабости Куличенко, чтобы и дальше чувствовать себя в областном центре как в личной феодальной вотчине.

Таким образом, Куличенко, привыкший всю жизнь играть вторые роли, с самого начала состоялся как слабый мэр, зависимый от «хозяина области», и оставался таким не только при Швеце, но и при его сменщике Владимире Яцубе. Именно в тот ранний период мэрства Куличенко родилась очень удобная Ивану Ивановичу оправдательная легенда о «добром, но зависимом мэре», который всей душой хочет работать на город и людей, но который связан по рукам и ногам злым и коррумпированным вышестоящим начальством. И только демо­кратизация политического режима и общее ослабление государственной власти, последовавшие за событиями 2004 года, освободили Ивана Ивановича от чрезмерной опеки «старших товарищей». Но не изменили ни его характера, ни раболепных рефлексов, отработанных многолетним и подобострастным исполнением команд свыше.

Березановский аристократ

Ивана Куличенко, получавшего на всех выборах — в 2000, 2002 и 2006 годах — свыше 50 процентов голосов избирателей, на самом деле никто не выбирал. Просто не из кого было выбирать из-за отсутствия конкуренции и небутафорских кандидатов. На первых и на вторых выборах Куличенко попросту назначили мэром от власти и админресурса, согласовав его кандидатуру в администрации президента Кучмы. А на третьих и последних ему достались настолько слабые и невнятные соперники, что избрание произошло по принципу «на безрыбье и Куличенко мэр». Никому ни в чем не отказывающий и ни с кем не борющийся, Иван Иванович, в большей или меньшей степени, устраивал все основные кланы и бизнес-группировки города. Даже игры Николая Швеца по поддержке кандидатов Кужмана и Жукова были, скорее всего, не более, чем способом давления на Куличенко, чтобы выдавить из него очередные уступки и преференции. Стоит ли говорить, что  хваленая «бесконфликтность», она же — «всем-удобность» Куличенко, была щедро оплачена за счет интересов территориальной громады города розданными «нужным людям» землей, коммунальной собственностью и подрядами на освоение бюджетных средств.

Свой рубаха-парень из народа, выходец с окраины, пробившийся собственным трудом на самый верх городской власти, скромный и аполитичный, не умеющий и не любящий бороться, интриговать и красиво говорить, «мэр от сохи» (точнее, от канализационного коллектора), — так выглядел и выглядит портрет «мэра-работяги» Ивана Куличенко, красочно намалеванный пиарщиками и политтехнологами. Этот мифологический образ непубличного, почти бессловесного, но в доску нашего мэра-простака безотказно работал до самого последнего времени и позволял не только поддерживать определенный уровень доверия к мэру в народе, но и обеспечивал Ивану Куличенко возможность уходить от ответственности даже в самые кризисные моменты жизни города. Ему, как «своему», прощали горы мусора и отключения воды и электричества, выселения из общежитий и вырубки деревьев. Ему сошли с рук несколько зимних «коммунальных апокалипсисов», когда весь город впадал в паралич из-за неубранного во­время снега, — а мэр после этого не уволил ни одного из своих подчиненных. Даже во время ужасного взрыва на Мандрыковской, когда Куличенко панически боялся появиться на месте аварии и взять на себя ответственность за спасение людей, многие объясняли его отсутствие в эпицентре трагедии скромным «нежеланием пиариться на горе людей».

Очередным «злым начальником», от которого, якобы, стонет, но которого вынужден терпеть наш «тишайший мэр», стала коалиция регионалов и громадовцев со товарищи коммунисты и витренковцы, засевшая в горсовете делить городскую землю сотнями и сотнями гектаров. Не снимая вины за беспрецедентный земельный дерибан с «родно­днепропетровцев», нагло, но уверенно заявивших при «живом мэре» о том, что берут на себя всю полноту ответственности за власть в городе, нужно вспомнить и о «дорогом Иване Ивановиче». Именно его подписи стоят под всеми решениями исполкома горсовета, выносящими земельные и другие вопросы на рассмотрение сессии, именно он имеет все полномочия для оспаривания любого противоправного решения горсовета через суды и прокуратуру, которыми ни разу не воспользовался для того, чтобы защитить хотя бы одно дерево или детскую площадку.

Осторожный до трусости и компромиссный до предательства, Куличенко под шумок амбициозного и гласного давления на город и интересы граждан со стороны сначала Николая Швеца, а потом — регионально-громадовских коалиционеров, длительное время успешно избегал ответственности за свои действия. Более того — Куличенко едва не стал последним днепропетровским героем, последней надеждой граждан на победу над беспределом политиканов и земельных мародеров, но сам же развеял все иллюзии собственными бездеятельностью, безответственностью и беспринципностью.

Винтик системы

В последнее время Иван Иванович, похоже, уверовал в собственную незаменимость и богоизбранность на посту городского головы. Мало того, что он заявил о своем жгучем желании встречать Евро-2012 в статусе мэра (что неудивительно в связи с резко возрастающими возможностями «освоения» бюджетных и инвесторских средств), но и существенно изменил тональность общения с горожанами. В его общении с «маленькими днепропетровцами» начали появляться нотки раздражения и оскорбленного самолюбия «большого человека». Раздосадованный во­просами журналистов и протестами горожан, Куличенко как отрезал, что в городе нет никаких проблем ни с «Детским миром», ни с детским городком на Солнечном, потому как по ним уже «все решено». «Все решено» для мэра и по поводу незаконно восседающего на лавочке символа городского безвластия — самовольно установленного памятника разрушившему «Детский мир» застройщику Аксельроду. Как страус прячет голову в песок, городской голова отмолчался во время нападений нанятых криминальными застройщиками молодчиков на активистов жилмассивов Победы и Солнечного. Так же молча, но упрямо господин мэр сначала не желал видеть рейдерского захвата парка Глобы, а теперь, найдя «общий язык» с рейдерами, не желает исполнять решение суда по их выдворению и восстановлению законного руководства.

Наш мэр — не архитектор и даже не прораб, а всего лишь один из винтиков бюро­кратической системы, системы беспредела и дерибана городских земли и имущества, по злой иронии судьбы выпавший из родной «коммунальной втулки» и оказавшийся на вершине пирамиды городской власти.

Днепропетровск — город без головы. Именно поэтому миллионный мегаполис живет, как заштатное, хоть и очень большое провинциальное местечко — без стратегии развития, не заботясь о будущем и уничтожая свое прошлое.

И никто в Днепропетровске более не должен по этому поводу иметь никаких иллюзий.

Если, конечно, мы хотим добра нашему городу.

Андрей Денисенко,  координатор общественной организации ГРАД

Поділитися: