В Днепре на «Аю­-Даге»

22 грудня 2015 о 13:29 - 4485

Олена ГарагуцОлена Гарагуц


В Днепре на «Аю­-Даге»

Вот уже почти полгода в Днепропетровске работает небольшое крымско-­татарское кафе «Аю­Даг». Здесь вы сможете отведать вкуснейшие чебуреки, плов, манты, самсу и попробовать ароматный заварной кофе. К столу приглашает крымско­-татарская семья, которая была вынуждена покинуть родной дом после вторжения на полуостров российских «зеленых человечков».

Хозяйка кафе очень просила сохранить в секрете их с мужем имена и название их родного города. В противном случае «местные власти» подготовят родственникам пары, которые остались жить в аннексированном Крыму, неприятности.

 

***

– Мы с мужем – выходцы из крымско-­татарского района одного из городов оккупированного полуострова, – рассказывает женщина. – Я приехала в Днепропетровск еще до референдума – приблизительно в конце февраля, а муж – в апреле. Получается, здесь наша семья находится почти два года.

В Днепропетровск решили переехать ради сына. Мальчик получает образование в одном из спортивных учебных заведений города. Да и Селим пришел к выводу, что нам делать на родине сейчас нечего. «Теперешняя власть» полуострова нам очень несимпатична, мы поняли, что жизни спокойной нам не дадут.

Все крымские татары проукраински настроены. Еще при попытке псевдопрезидента Крыма Юрия Мешкова в начале 90­-х присоединить полуостров к России, все мы поддерживали Украину. Я очень надеюсь, что Крым вернется в состав Украины. Только тогда мы сможем вернуться домой. Муж решил, что своих сыновей, а их у нас четверо, он воспитывать будет только в Украине. Средний и старший занимаются спортом, а самый младший сейчас ходит в садик.

На родине наша семья жила в частном доме. Я не работала, все свое время занималась детьми и хозяйством. Во время жизни в Крыму, Селим зарабатывал в строительстве, но у него руки золотые, он может делать абсолютно все.

В Днепропетровске нам живется хорошо. Из плохих людей я до сих пор никого так и не встретила. Когда приехали в город, без жилья не остались, спасибо заботливым знакомым. Наша семья из шести человек сейчас живет хоть и в однокомнатной, но зато уютной квартире. Вот только работу было найти тяжело. Весь первый месяц в Днепропетровске я просидела дома – занималась устройством двух средних сыновей в школу – в седьмой и третий классы.

С финансами нам помогли волонтеры. Мы с мужем познакомились с Ниной Елоевой и представительницей МОМ еждународная организация по миграции – ред.) Еленой Моргун. МОМ инициировала бизнес­курсы и пригласила на занятия моего мужа. После их окончания, волонтеры предложили Селиму открыть в Днепропетровске крымско­татарское кафе.

Но для того, чтобы воплотить идею в жизнь, супругу пришлось защитить грант перед представителями этой международной организации. Он достойно представил бизнес­проект и получил финансирование от МОМ. На выделенные деньги купили мебель, необходимое для приготовления пищи оборудование и посуду. Так мы и окрылись. Кафе «Аю­-Даг» работает с июня 2015 г. Я готовлю на кухне еду, а муж закупкой продуктов занимается.

Почему решили открыть именно чебуречную? А с чем Крым ассоциируется? Люди туда приезжают, чтобы отдохнуть и обязательно покупают чебуреки. Это национальное крымское блюдо.

Перекусить к нам приходят офисные сотрудники и ребята из «Днепр­-1». Студентов тут бывает мало, они больше «по шаурме».

 

М-м-м, ну просто пальчики оближешь! Самса – наверное, одно из самых аппетитных блюд «Аю-Дага»!

С родственниками, которые остались в Крыму, сейчас общаемся через программу Скайп. Это происходит, разумеется, когда у них есть свет и Интернет. В основном, обсуждаем бытовые темы. Разговоры сводятся к фразе «Как дела?» Для меня самое главное, чтоб они были живы и здоровы, а все остальное – прибудет. Лишнего никто старается не говорить. В Крыму все молчат, так как знают, что любое несогласие с точкой зрения оккупационной власти закончится нехорошо.

Крымско­-татарскому народу живется тяжело. У общественных активистов и особенно членов Меджлиса часто проводят обыски. Лично я убеждена, что правы Меджлис, Рефат Чубаров и «Правый сектор» – Крым надо заблокировать. Ведь все желающие жить в России могли бы просто туда эмигрировать…

В оккупированный Крым ездила в прошлом году. Нужно было забрать некоторые документы детей. Проукраински настроенные крымские татары, естественно, наше решение о переезде на материковую часть страны поддержали. А со стороны знакомых, симпатизирующих оккупантам, в адрес нашей семьи поступала куча упреков. «Вы что, беженцами устроились?» – спрашивали они. Но какие мы беженцы? Мы у себя в государстве находимся. И вообще я считаю, что беженец и переселенец – это два разных понятия.

В 2014 г. некоторые крымчане из мухи слона сделали, мол, их обижали и не разрешали разговаривать на русском языке. Это все выдумка и неправда. Весь Крым разговаривал на русском языке. На нем велась вся документация, очень редко, когда что­то было на украинском написано. Из четверых моих детей, у троих свидетельства о рождении заполнены по­-русски. Когда я приехала в Днепропетровск, документы пришлось перевести на украинский и нотариально заверить.

Кстати, в школе в Крыму дети изучали украинский язык. Преподавательница этого предмета Татьяна Адамовна предпочитала общаться принципиально только на государственном. Из-­за такой ее позиции другие учителя ее недолюбливали, не здоровались с ней и пытались даже выставить из школы. В результате ее «попросили по собственному». После оккупации полуострова украинский в нашей школе исчез. Одна из учителей бегала по учебному заведению с бумажкой, чтобы этот предмет убрали из программы, что в итоге и сделали.

Кроме нас в Днепропетровске живет еще несколько крымско­-татарских семей. На улице Чернышевского есть наше национальное землячество. В годовщину депортации – 18 мая – мы там собирались, чтобы пообщаться, нас пришли поддержать волонтеры. А вот мечети в Днепропетровске нет.

P.S. Кафе крымско­-татарской национальной кухни «Аю­-Даг» находится недалеко от Нагорного рынка, возле трамвайных путей. Если нет времени на обед в стенах заведения – не беда. Фатьма и Селим упакуют Вам еду, чтобы ее можно было забрать с собой.

Ирина Сатарова

Підписуйтесь на наш телеграмм

Поділитися: