Как нам выиграть войну?

28 квітня 2015 о 08:33 - 2960

Олена ГарагуцОлена Гарагуц


Как нам выиграть войну?

Выиграть войну необходимо, потому что это единственный способ с ней покончить. Война длится уже год; мы все от нее устали. Мы теряем веру, и лучших бойцов. Чем дольше мы будем отказываться от завершения войны победой, тем больше будет убитых и калек. Пока наш президент не перестанет думать о мире, война будет продолжаться, и собирать каждый день свою кровавую жатву. Время думать о войне. Время почитания героев и преклонения перед павшими. Время жестоких сражений за независимость и свободу.

 У нас нет выбора. Девиз: «Воля или смерть!» – актуален, как никогда. Мнимое «перемирие» не должно успокаивать. Любая задержка с войной, промедление, пауза, временное затишье работают против нас со дня занятия Гиркиным Славянска. Тогда нам нужны были десятки надежных бойцов и два часа времени, чтобы покончить с ползучей агрессией. Потом понадобились сотни солдат и неделя боев, чтобы окружить мятежный Славянск. Когда Гиркина выпустили, он консолидировал сепаратистов Донецка и Луганска, и потребовалась уже вся мощь нашей слабой армии, чтобы отвоевать половину оккупированных областей.

 Наше руководство медлило с отводом войск из сектора «Д», и это закончилось разгромом самых боеспособных бригад. Струсило перед лицом прямой военной интервенции и не оказало помощи окруженным в Иловайске. Заключило позорный и неконституционный первый минский «мир», предав украинцев, живущих по ту сторону фронта… Нам обещали укрепление армии во время передышки, умалчивая о неизбежном умножении сил противника в это же время. Нам обещали не подставлять вторую щеку, подписывая очередные минские соглашения, после чего бросили на произвол судьбы группировку в Дебальцево.

 Пораженческая политика высшего руководства страны и безграмотность военного командования дезориентируют общество и деморализуют военнослужащих на фронте. Мало кто хочет умирать за «мир» с оккупантами и прощение предателям. В тылу складывается ощущение полной беспомощности, а на оккупированных территориях – безнадежности.

 Эту войну называют «странной». На самом деле она – подлая. По одну сторону в этой войне –  тысячи убитых, пленных, десятки тысяч раненных, сотни калек, миллионы беженцев и живущих на оккупированных территориях. По другую – сытая жизнь власть имущих, переговоры с Москвой, экономические отношения с агрессором, совместные комиссии по прекращению огня… Ни у кого нет сомнений, что именно Путин режиссирует конфликт на Донбассе, что Россия поставляет технику, вооружение, отправляет наемников и регулярные воинские части на территорию нашей страны. Но вместо того, чтобы назвать войну войной и врага врагом, мы ведем с агрессором переговоры, бизнес, покупаем у него газ… Представляете, чтобы Сталин продавал пшеницу Гитлеру после 22 июня, или Рузвельт покупал пшеницу во Франции после ее оккупации?.. Разговаривать с Кремлем, это все равно, что пить на брудершафт с насильником своей жены.

 Политика умиротворения агрессора, которую проводит администрация Порошенко, понукаемого к этому западными лидерами, обречена на провал. Санкции недейственны, потому что ни Запад, ни сама Украина не прибегают к нефтяному и газовому эмбарго на покупку российских энергоносителей. Европа желает жить по-прежнему сытно и беззаботно; Америке важно, чтобы не было войны; а украинская экономика настолько неэффективна, что без традиционных энергоресурсов просто развалится.

 У Кремля большой запас прочности; Путин сумел консолидировать общество в шовинистическом угаре и умело шантажирует западный мир угрозой ядерной войны. Кремлевский карлик мечтает о восстановлении совковой империи и мировом господстве. Его больные великодержавные фантазии находят живой отклик у россиян, и среди части населения востока Украины, люмпенизированного рабским трудом и оболваненного московской пропагандой. В воображении многочисленных своих почитателей Путин – мессия «русского мира», и отступать ему некуда. Как и нам.

Война с Россией идет уже год, но многие даже не вспоминают об этом. Кто-то трусливо выстроил железобетонный психологический бункер вокруг своего личного мирка, и живет за его стенами как ни в чем не бывало. Кто-то всерьез надеется на Минские соглашения, на мировое сообщество, и на три линии обороны вокруг плацдарма, захваченного Кремлем на востоке Украины. А есть ли хоть какие-то шансы на мир, или хотя бы на локализацию проблемы в рамках «замороженного конфликта»?.. Смоделируем ситуации.

 Вариант первый, фантастический: всё остается как есть. Войска окопались, Нацгвардия изолировала гнойник, кто пожелал уехать из оккупированного региона – уехал; кто не захотел – живет в полном согласии с Путиным, существует на гуманитарную помощь, потому что работать негде; предприятия разрушены или вывезены в Россию. Очевидно, что такой сценарий не устраивает коллаборационистов и их вдохновителей: триумфальной победы «русского мира» здесь нет; «нацисты» и «каратели» не наказаны; и депрессивный, разрушенный войной и нашпигованный оружием регион оказывается за пазухой у Москвы, как ёж под одеждой. Да и кто будет платить в итоге за весь этот «банкет»? Содержать разрушенный Донбасс годами даже для России не по силам. Российские шовинисты разочарованы; недовольство «освобожденных» шахтеров растет; рейтинг Путина стремительно падает. Вывод: цели войны не достигнуты, возобновление конфликта неизбежно.

 Вариант второй, менее фантастический: избегая большой войны, мы отступаем до границ областей, окапываемся на новых рубежах, бросая на милость оккупантов тех, кто поверил нам, и успокаивая совесть клятвенными обещаниями обязательно вернуться, «когда придет время». Мы с позором сдаем Славянск, оставляем Мариуполь, и отдаем Путину «коридор в Крым». Война закончится? – Нет. Ведь под властью «нацистов» остаются «русские» Харьков и Одесса, судостроительный Николаев, производство авиационных двигателей в Запорожье, и ракетостроение Днепропетровска. И опять же – кто будет содержать и восстанавливать Донбасс?!..

 Вариант третий. Правдоподобный. В погоне за вожделенным «миром» мы идем дальше: оставляем весь левый берег Днепра и переносим столицу в Тернополь. Киев становится центром русского православия под дланью патриарха всея Руси. Украина превращается в конфедерацию. Меркель, Олланд, Обама, Путин, Захарченко и Порошенко объявляют о достижении мира на вечные времена. Санкции отменяют. Украинцев обязывают всем миром через особый налог принять участие в восстановлении Донбасса. Европа получает скидку на российский газ в обмен на инвестиции в российскую экономику. Несмотря на всю его фантастичность, такой вариант развития событий – в случае нашего отказа воевать – не менее правдоподобен, чем история с отжатием Крыма. Только фамилия президента может быть не Порошенко, а Ярош, например, но это уже не принципиально.

 Обрести мир без войны мы можем только на условиях капитуляции перед агрессором. Иначе не бывает, и никогда не было в истории войн. Без войны Украина снова исчезнет как самостоятельное государство; станет вассалом Москвы, буферной зоной между Западом и Востоком, или просто «окраиной» в составе возрождающейся Российской империи.

 Можем ли мы победить? – Да. Война – это не только столкновение армий государств, с их экономикой и ресурсами. Количество солдат, танков, самолетов, пушек, денег влияет на ход войны, но не определяет ее исход. Побеждают не числом, а умением. Силой духа и верой в победу. Об этом в следующий раз.

Юрий Касьянов

 Продолжение следует

Підписуйтесь на наш телеграмм

Поділитися: