Оптимистическая трагедия

20 серпня 2014 о 11:31 - 3113

Олена ГарагуцОлена Гарагуц


Оптимистическая трагедия

«Да не надо никакого закона! Взять, вывезти в зону АТО, отпустить».

Это так, улыбаясь, возразил мне один из наших вояк на фразу, что закона о люстрации еще нет, принимать не хотят, так что Куличенко до сих пор – мэр Днепропетровска, а депутаты – закупают парковые диваны и инвентаризируют деревья.

Земляк-вояка увидел в «Лицах», в заметке про диваны и деревья, ссылку на погибшего своего друга – Василия Косенко, и зашел в редакцию, чтобы восстановить справедливость: друг погиб не 17-го, как напечатала газета, а 11-го июля. «Я лично его осматривал. А 18-го мы его похоронили».

Фамилию воина из 39-го днепропетровского батальона территориальной обороны (ТРО) мы не публикуем. Намекнем лишь, что она созвучна фамилии нашего бывшего премьера. И передадим поклон отцу этого воина, пулеметчика-добровольца-оптимиста. Отец читает «Лица», от него о нас и узнали.

Наш гость, Сергей Анатольевич, отслуживший КГБ-войсках, бывший омоновец, бывший предприниматель. Вместе с еще 4-мя добровольцами из Бабушкинского военкомата г. Днепропетровска, через Гвардейское (Новомосковский район Днепропетровской области), через поселок Седово (Донецкой области), попал в «небольшой железнодорожный посёлочек». Точнее, в окопы на выкошенном пшеничном поле в полукилометре от того.

А до этого погиб Василий Косенко.

«Когда мы только приехали на место, выгружались, началась перестрелка. Васю убили…

Налетела наша разведка на микроавтобусе, начали кричать: «Сюда миномет наводят. Счас всем кранты! Уезжаем!!!» Мы попрыгали в микроавтобус, в грузовики. Бросили всё абсолютно: камуфляжи, берцы, палатки, спальные мешки, бензогенератор, котелки, каски…

Говорят, его убили не просто автоматной пулей. А пуля была большая – 12,7 калибр. Ребята говорят, что есть такое… «Шквал», российского производства», – говорил Сергей.

На самом деле, БМП-1У «Шквал» cо 12,7-мм крупнокалиберным пулеметом – украинская модернизация БМП-1. В 2008-ом из Гори (Грузия) оставленные грузинской армией украинские «Шквалы» были угнаны в Российскую Федерацию – в Интернете куча свидетельств.

Понятно, что смерть товарища негативно повлияла на боевой дух.

«Первый убитый… Когда были на подготовке, все себя ногой в грудь били, кричали: «Мы хотим на войну! – рассказывает Сергей. – На похороны Васи, в село под Днепропетровском, поехали человек пятьдесят. Из них назад приехало семеро. То есть, на той позиции, где должно быть 80 нас около 20-ти человек осталось. Правда, через неделю еще вернулись «дезертиры».

Самое удивительное, что гость редакции не жаловался. А такого, вообще-то, почти не бывает. Не жаловался ни на еду, ни на денежное довольствие, ни на «колодаров». Не ныл по поводу начальства, или оружия:

«Оружие есть. Автоматы Калашникова. Правда, года выпуска… У меня пулемет – 1982 г.в., но – новенький абсолютно, со склада, в масле. Стреляет хорошо.

Кормят тоже хорошо. Сначала привозили. Теперь сами варим: назначается дежурный по кухне, ему пару человек в помощь, дров нарубили, сварили, съели.

Привозят тушенку, «кильку в томатном соусе». Килька – съедаешь банку, аж подбрасывает. Мы смеялись: «Роем яму, туда сепаратистов и «кильку в томатном соусе», они съедят и друг друга потравят нахрен». Страшная килька! Однажды привозили американские консервы, кетчупы, соусы.

По зарплате. Платят нормально. За июнь – сначала я получил 2.700, потом 2.900 атошных пришло и еще 1.600 наличными дали, «от Коломойского». В мирной жизни я предприниматель. Честно говоря, последнее время туго было, то там то там подрабатывал…

А 22-го ночью начал по нам миномет работать. Не достал метров сто… Минометчик наш сидел, в одеяле закутанный, смотрел, считал, насчитал 8 серий по 2 взрыва, встал, «через маму» вытащил солдатиков из укрепления, они миномет развернули свой (а когда миномет стреляет, вспышку в небе видно), 8 раз выстрелил. С 7-го или 8-го раза он попал. Как узнали, что попал? Вспышка была на полнеба. Т.е. куда-то он попал, там пожар сразу…

А позже подъезжает местный: «Посреди села мина торчит». Ребята сгоняли посмотреть. У нас миномет – 120 мм, и по нам стрелял тоже 120 мм. А мина торчит 80 мм миномета. То есть не один миномет по нам стрелял. Второй – небольшой, портативный, переносной.

И вот, после обстрела, еще 4-5 человек вышли, в гражданку переоделись, вызвали себе такси и уехали. Без объяснения причин.

А я 23-го поехал к командиру батальона, написал рапорт на 5 дней на увольнение. Хочу перевестись либо к МВД, либо к чекистам (батальон ТРО подчиняется Минобороны – авт.). Стоим, чего-то ждем. Какой смысл стояния? Я об этом даже не догадываюсь… И не думаю, что кто-то из нашего начальства догадывается.

Стоим, при окопах, в пшеничном выкошенном поле. Рядом ТЭС, линия электропередач. От скуки сделали блокпост и день-два обыскивали машины. Надоело, перестали. В принципе, нашу точку можно объехать посадками, пять или шесть дорог «обходят». Не, конечно, как будут ехать – пыль подымется. Мы иногда смотрим – пыль; о, комбайн поехал! И водовозы ездят.

Поселок от нас в полкилометра. Скинулись деньгами, собрались впятером с оружием наперевес, сходили в магазин за кофе, майонезом, мороженым, хлебом, булочками, пивом, водкой. Местные ни разу плохого слова не сказали. Идешь по улице: «Добрый день!» – «Добрый день!». Дети подходят: «Дядя, сфотографируемся?» – «Да пожалуйста!» Правда, однажды два пьяных идиота, пенсионного возраста – лет за 60, в спину: «Это ДНР». Я развернулся: «Счас такое ДНР тебе сделаю!» Руслан с Днепродзержинска затвором щелкнул. Они повернулись и – топ-топ-топ-топ.

Первый раз в магазин когда пришли, набираем, продавщица, полушепотом: «Ребята, а у вас деньги есть?» – «Ну, вот. А в чём дело?» – «А вы грабить нас не будете, когда у вас деньги закончатся?» – «Когда закончатся, мы к вам не придем, можете не волноваться».

Часто пьют бойцы? Ну, бывает. Командир разрешил, при условии «чтоб пьяных чудес никаких не было: выпили – закусите».

Что интересно, каждый вечер, часов в 11, поселок выключает свет. Мы сначала думали, что электричество им как-то отключают извне. А потом одна женщина призналась, что они по своей инициативе село от электричества отключают. «Оно ж светится в полнеба. Чтоб по нам, на свет, не стреляли», – говорит».

И ушел. «Других вопросов у Куличенко, наверное, нету», – напоследок сказав о парковых диванах с инвентаризацией.

Дай Бог, чтоб вернулся!

И все-все чтоб вернулись!

Алёна Гарагуц

Підписуйтесь на наш телеграмм

Поділитися: